Читать журнал дом 2 сентябрь: Новости шоу бизнеса России. Светская хроника и новости о звездах. Сайт StarHit.ru

Содержание

Скончался один из пионеров русского рока Александр Градский

Автор фото, Sergey Bobylev/Tass

Российский певец и композитор, один из основоположников русского рока Александр Градский скончался в возрасте 72 лет.

Накануне СМИ сообщали, что Градский попал в больницу в Москве с подозрением на инсульт и находился в реанимации. Также сообщалось, что его здоровье резко ухудшилось после того, как он переболел коронавирусом в сентябре.

Синтез русского фольклора и рок-музыки

Александр Кан, культурный обозреватель Би-би-си

Скончавшийся сегодня Александр Градский занимает особое место в истории русско-советской популярной музыки, русского рока.

Подлинный пионер, он со своими «Скоморохами» был одним из зачинщиков, основателей русского рок-движения в далекие 60-е, самим названием группы подчеркивая ее русскую самобытность, связь не только и не столько с англо-американским роком, сколько с русской культурной традицией.

Получив полноценное классическое вокальное образование (насколько я могу вспомнить, случай уникальный не только для русского, но и мирового рока), он довольно легко и беспроблемно вписался в официальную советскую популярную музыку.

Но даже и там — в фильме «Романс о влюбленных» и даже в песне советских официозных авторов Пахмутовой-Добронравова «Как молоды мы были» — он сохранял какую-то свою «инаковость», сильно выделявшую его из серой массы застойной эстрадной толпы.

Исторический статус пионера и классическое образование позволяли ему в его собственных глазах свысока, пренебрежительно относиться к появившейся в 80-е новой волне русского рока. Рок-сообщество по большей части отвечало ему тем же, считая его частью соглашательской, конформистской советской культуры.

Это взаимное неприятие не позволило, увы, в полной мере осознать преемственность между Градским и развившимся в последующие десятилетия русским роком.

Для меня лично его самой мощной работой и одним из самых высоких достижений русского рока остается вышедший в 1980 году на фирме «Мелодия» альбом «Русские песни», задолго до появления world music осуществивший органичный синтез русского фольклора и рок-музыки.

Градский родился 3 ноября 1949 года в Копейске Челябинской области. Заниматься рок-музыкой он начал еще в школьные годы — в 1960-х годах основал самодеятельные рок-группы «Славяне» и «Скоморохи».

Широкое признание пришло к нему в 1974 году, когда на экраны вышел фильм Андрея Кончаловского «Романс о влюбленных», музыку к которому написал Градский.

В 1976 году Градский впервые исполнил песню «Как молоды мы были», написанную композитором Александрой Пахмутовой и поэтом Николаем Добронравовым. Композиция в его исполнении получила приз фестиваля «Песня-77» и стала одной из самых популярный песен в его исполнении.

Автор фото, Nikolay Malyshev/Tass

Подпись к фото,

Дискография Александра Градского насчитывает более 40 альбомов

В 1985 году вышла рок-опера Александра Градского «Стадион» на либретто Маргариты Пушкиной. Спектакль, над созданием которого композитор работал около 10 лет, был основан на событиях военного переворота в Чили в 1973 году.

Градский также известен как организатор первых советских рок-фестивалей. В частности, он занимался отбором артистов для Московского фестиваля популярной музыки «Рок-панорама-86».

С 2012 по 2015 год Градский был членом жюри телевизионного проекта «Голос», в первых трех сезонах которого побеждали участники его команды.

Александр Градский владел собственным музыкальным театром «Градский Холл», который работает в Москве с 2014 года.

В 1990-е годы Градский стал лауреатом Государственной премии России и получил звание народного артиста России.

Аналитика рынка | ДОМ.РФ

Условия обработки персональных данных

Я даю согласие АО «ДОМ.РФ», адрес 125009, г. Москва, ул. Воздвиженка, д. 10 (далее – Агент), а также банкам-партнерам и другим контрагентам Агента (далее – Партнер/Партнеры):

На обработку всех моих персональных данных, указанных в заявке, любыми способами, включая сбор, запись, систематизацию, накопление, хранение, уточнение (обновление, изменение), извлечение, использование, передачу (распространение, предоставление, доступ), обезличивание, блокирование, удаление, уничтожение, обработку моих персональных данных с помощью автоматизированных систем, посредством включения их в электронные базы данных, а также неавтоматизированным способом, в целях продвижения Агентом и/или Партнером товаров, работ и услуг, получения мной информации, касающейся продуктов и услуг Агента и/или Партнеров.

На получение от Агента или Партнера на мой номер телефона, указанный в настоящей заявке, СМС-сообщений и/или звонков с информацией рекламного характера об услугах АО «ДОМ.РФ», АКБ «РОССИЙСКИЙ КАПИТАЛ» (АО) (их правопреемников, а также их надлежащим образом уполномоченных представителей), Партнеров, в том числе путем осуществления прямых контактов с помощью средств связи. Согласен (-на) с тем, что Агент и Партнеры не несут ответственности за ущерб, убытки, расходы, а также иные негативные последствия, которые могут возникнуть у меня в случае, если информация в СМС-сообщении и/или звонке, направленная Агентом или Партнером на мой номер мобильного телефона, указанный в настоящей заявке, станет известна третьим лицам.

Указанное согласие дано на срок 15 лет или до момента отзыва мной данного согласия. Я могу отозвать указанное согласие, предоставив Агенту и Партнерам заявление в простой письменной форме, после отзыва обработка моих персональных данных должна быть прекращена Агентом и Партнерами.

Параметры кредита для расчета ставки:

при первоначальном взносе 30%, срок — 15 лет.

Обязательное страхование недвижимости, личное — по желанию (при отсутствии ставка повышается). Доход подтверждается справкой 2-НДФЛ.

161 Федеральный закон

Федеральный закон от 24.07.2008 № 161-ФЗ «О содействии развитию жилищного строительства» регулирует отношения между Единым институтом развития в жилищной сфере, органами государственной власти и местного управления и физическими и юридическими лицами.

Закон направлен на формирование рынка доступного жилья, развитие жилищного строительства, объектов инженерной, социальной и транспортной инфраструктуры, инфраструктурной связи. Содействует развитию производства строительных материалов, конструкций для жилищного строительства, а также созданию парков, технопарков, бизнес-инкубаторов для создания безопасной и благоприятной среды для жизнедеятельности людей.

161-ФЗ устанавливает для ДОМ.РФ полномочия агента Российской Федерации по вовлечению в оборот и распоряжению земельными участками и объектами недвижимого имущества, которые находятся в федеральной собственности и не используются.

Главная — Журнал «Иностранная литература»

[№ 11]

получен из типографии

АНОНС / СОДЕРЖАНИЕ

Щепан Твардох Морфий. Роман. Перевод с польского Сергея Морейно / Жужа Раковски Стихи из книги “Фортепан”. Перевод с венгерского и вступление Наталии Дьяченко / Джойс Кэрол Оутс Сага о Бельфлёрах

. Фрагмент книги. Перевод с английского и вступление Александры Финогеновой / Нобелевская премия: Йоргос Сеферис Речь в мэрии Стокгольма по случаю вручения Нобелевской премии 10 декабря 1963 года. Перевод с новогреческого Олега Цыбенко / Йоргос Сеферис Стихи. Перевод с новогреческого Олега Цыбенко / Олег Цыбенко Йоргос Сеферис и восприятие античности / Статьи, эссе: Ласло Ф. Фёлдени Прощание с образованностью. Об образованности, знании, информации. Перевод с венгерского Ольги Балла / День поэзии: Екатерина Терешко, Екатерина Федорова, Светлана Бочавер Всемирный день поэзии 20
21 года. Хроника фестиваля “Poesia21” / Писатель путешествует: Сергей Гандлевский Горы / Ничего смешного: Томас Корсгор Две новеллы. Перевод с датского и вступление Натальи Кларк / Авторы номера

 

РЕДАКЦИЯ РАБОТАЕТ

ПО ВТОРНИКАМ И ЧЕТВЕРГАМ, 13:00—17:30 

(ОСТАЛЬНЫЕ ДНИ — НЕПРИСУТСТВЕННЫЕ)                                            

                                                                                                                         [№ 12]

КНИГА ЯНЫ СИМОН «БЕЗ СТРАХА ЖИТЬ УЧИСЬ» / РАССКАЗ АБДУЛРАЗАКА ГУРНЫ «ПРОВОЖАТЫЙ» В РУБРИКЕ «НОБЕЛЕВСКАЯ ПРЕМИЯ – 2021» / ВГЛУБЬ СТИХОТВОРЕНИЯ: «СОНЕТ XVIII» УИЛЬЯМА ШЕКСПИРА / ГЮСТАВ ФЛОБЕР, РЭМОН КЕНО, РОЛАН БАРТ В РУБРИКЕ «ФЛОБЕР – 200 ЛЕТ» / ПЕРЕПЕРЕВОД: ИЗ КНИГИ «ДАЛЬНЕЙШИЕ ПРИКЛЮЧЕНИЯ РОБИНЗОНА КРУЗО» ДАНИЕЛЯ ДЕФО / СТАТЬЯ ЕВГЕНИЯ БЕРКОВИЧА «ТОМАС МАНН И ПЕРВАЯ МИРОВАЯ ВОЙНА» И ДР.

                    

                                                                                                    «ИЛ» в 2022 году

В рубрике «Япония – ХХI век» рассказы и эссе современных, по преимуществу молодых, но уже широко признанных писателей Японии, чьи произведения переведены на многие иностранные языки.

Роман «Тереза» одного из самых на сегодняшний день интересных писателей Швеции СТИВА СЕМ-САНДБЕРГА балансирует на грани фикшен и нон-фикшен – того жанра, который больше всего интересует современного читателя.

«Терезу» отличают тонкая наблюдательность и мрачный колорит – особенность почти всех книг живого классика из Швеции.

«Нюрнбергские впечатления» аргентинского писателя, культурного и общественного деятеля ВИКТОРИИ ОКАМПО, единственной женщины, присутствовавшей на Нюрнбергском процессе, интересны не только фактическим материалом, но и многочисленными глубокими суждениями автора.  

Действие романа молодого аргентинского писателя АНДРЕСА НЕУМАНА “Странник века” происходит в Европе эпохи Реставрации, но читателю часто будет казаться, что он — в гуще европейских событий XXI века, настолько мощно перекликается в романе день сегодняшний с днем вчерашним, классика с современностью, интеллектуальный идеализм и жестокая реальность. Увлекательное повествование, где писатель складывает культурную мозаику на фоне захватывающего сюжета, замешенного на любви, юморе, философии, легкой иронии, загадочном городе-лабиринте, пронизанном холодом и ветром, и необычных персонажах.

Фрагмент книги российского литератора и художника ИЛЬИ ФАЛЬКОВСКОГО «По следам Бурхана Шахиди, или Синьцзян 50 лет спустя». Это, по сути, путевой очерк, с вкраплениями исторического, литературного и культурологического контекста.

В рубрике «Переперевод» новый перевод блестящей пьесы английского драматурга времен Реставрации РИЧАРДА БРИНСЛИ ШЕРИДАНА «Школа злословия», пьесы, обошедшей за двести с лишним лет едва ли не все сценические площадки Старого и Нового Света. Для лучших актеров, и не только английских, играть роль братьев Сэрфесов или сэра Питера Тизла в этой пьесе, сокровищнице классического репертуара, всегда было большой и желанной честью.

Новый роман живого классика современной швейцарской литературы на немецком языке ФРАНЦА ХОЛЕРА «Пакет (из прошлого), или Долгий путь в Монтекассино» сочетает в себе – что сегодня, да и всегда, большая редкость – черты интеллектуального романа и детектива. Холер держит читателя в напряжении с первой и до последней страницы.  

В рубрике «Документальная проза» репортаж – излюбленный жанр современных польских писателей – польского публициста и журналиста КШИШТОФА СРОДЫ «Путешествия в Армению и другие страны с добавлением наиболее интересных наблюдений природы». Наблюдения за человеком интересуют Сроду, как и других авторов путевых очерков, не только поляков, ничуть не меньше, чем «наблюдения природы».

В рубрике «Трибуна переводчика» рассказ ДЖЕЙМСА ДЖОЙСА «Аравия» из известного сборника «Дублинцы».

Читателю журнала предстоит увлекательная задача сравнить два перевода этого рассказа – классический и выполненный совсем недавно; сравнить работу переводчика со стажем и переводчика одаренного, но только еще начинающего. Чтобы читатель по достоинству оценил преимущества и недостатки этих переводов, мы печатаем не только два перевода, но и рассказ Джойса в оригинале.

Специальный номер “Триллер” и номера, посвященные литературам США, Ирландии, Италии.

Журнал Дом-2 июль 2010 — это последние подробности о проведенном — 23 May 2013 — Blog


Название: Дом2 12 (декабрь 2011) Автор: коллектив Издательство: ООО 7


Смотреть онлайн журнал Дом 2 за декабрь 2011 года.


Показать фото. dom2_magazine. ИзбранноеВ.


Февральская обложка и постеры. Группа журнала ДОМ-2. Статус


Ксения Бородина вместе со своими детьми на новой обложке журнала Дом 2


Уже в продаже журнал Дом-2 за март 2012-го года. На нашем сайте вы


Журнал Дом 2 читать онлайн, смотреть /b.


Читать журнал дом 2 январь 2012. В январском номере журнала дома 2 вы


Ноябрьская обложка журнала Дом 2.


Категория. Журналы о знаменитостях. Дата.


Журнал Дом 2- издание, посвященное популярному, одноименному проекту


Дом 2 — первый журнал, полностью посвященный известному телепроекту


Журнал Дом-2 июль 2010 — это последние подробности о проведенном


Читать журнал Дом 2 май 2012.


Чтобы начать читать журнал Дом 2 за июль месяц 2012 нажмите на


Журнал Дом 2- издание, посвященное популярному, одноименному проекту


(январь 2012) Страниц: 93 Формат: pdf Размер файла: 21,6Mb Язык


Читайте свежий номер журнала Дом 2 онлайн бесплатно.


Обложки журнала Дом 2.


Дом-2 часть 36. Я-фея. Могу фейнуть, а могу нафеячить,прифеячить


Дом 2 3 (март 2012) .


Журнал Дом 2 сентябрь месяц 2012 читать онлайн http://dom2online.by


В июльском номере журнала Дом-2 за 2012-ый год фанатов телепроекта


Как вам. Nastasia. dom2_magazine А вот и долгожданная январская


Журнал Дом 2 2013. Читать онлайн версию журнала дом2 бесплатно!


Постеры августовского номера журнала дом-2.


Смотреть онлайн журнал Дом 2 за март 2012 года.


Журнал Дом 2- издание, посвященное популярному, одноименному проекту


Бузова и Тарасов на съемках июльской обложки журнала Дом-2


26 Октября 2012. Дом 2, часть 40. Осенняя, похолодательная

Журнал «Отдых и здоровье в Зеленограде»

Журнал «Отдых и здоровье в Зеленограде» — Издательский дом «Сорок один» Дать рекламу Войти

Войти как пользователь

Вы можете войти на сайт, если вы зарегистрированы на одном из этих сервисов:

Используйте вашу учетную запись на Twitter. com для входа на сайт. Используйте вашу учетную запись на Facebook.com для входа на сайт. Используйте вашу учетную запись VKontakte для входа на сайт.

Instagram Facebook ВКонтакте

сегодня: 16 августа 2021 г 01:34

Журнал «Отдых и здоровье в Зеленограде»

Выходит: 1 раз в месяц
Формат: А5
Тираж: 4 000

Развлекательный проект журнал «Отдыхай в Зеленограде» публикует самые интересные события города на ближайший месяц. В разделе «датник» отмечены дни рождения знаменитых зеленоградцев, праздники и развлекательные события месяца. В рубрике «А-фишка» всегда найдется увлекательное мероприятие для любого горожанина. Из номера в номер на страницах  издания проводятся фотоконкурсы: «Мисс Зеленоград», «Модный кроха», «Лучшая пара года». В журнале найдется интервью со звездами, кроссворд, полезные советы, гороскоп. Распространяется бесплатно.

Дать рекламу

Свежий номер

  • «Отдых и здоровье в Зеленограде» №3 июнь-июль 2021 от 10 июня 2021 года (28468.31 кб)

    Читать все статьи

Архив «Журнал «Отдых и здоровье в Зеленограде»»

Июнь 2021

Апрель 2021

Февраль 2021

Декабрь 2020

Октябрь 2020

Февраль 2020

Декабрь 2019

Ноябрь 2019

Октябрь 2019

Сентябрь 2019

Август 2019

Июль 2019

Июнь 2019

Май 2019

Апрель 2019

Март 2019

Ноябрь 2018

Октябрь 2018
Страницы: 1 2 3 4 5

Новости по теме

Реклама

  • 31. 07.2021 16:24:53

    Дача 8сот Конаково

    Продаю хорошую дачу 8 сот,дом 7х8м2 , мансарда, СНТ «Природа»,  Конаковский р-н , Тверская обл, свет , летний водопровод, охрана,газ баллон…

  • 09.06.2021 14:09:10

    Гараж

    Гараж в 11-м мкр, ГК «Комета». *8-968-855-0497

  • 09.06.2021 14:05:59

    1 комнатная кв., корп. 1620

    1 комнатная квартира, корп. 1620. *8-968-855-0497

  • 09.11.2020 17:16:47

    Сдаю 2-комн.квартира на пл.Юности

    Сдаю в аренду без посредников просторную, светлую 2- комнатную квартиру в центре Зеленограда ( пл. Юности) в монолитно-кирпичном доме славянской…

  • 17. 07.2019 23:55:23

    Продам земельный участок

    СНТ находится в районе д. Михайловка ст. Поворово, либо Березки-Дачные. Участок 6 соток в ухоженном  садовом товариществе, возможно ПМЖ, хорошие…

  • 04.12.2018 11:50:00

    Сдам 1-ком.квартиру в Солненогорске

    Без залога на длительный срок сдам 1-комнатную квартиру в г. Солнечногорске, ул. Красная д.176, 7 этаж 9 этажного кирпичного дома, общая площадь квартиры…

  • 29.09.2018 10:41:13

    Комната

    Сдам комнату без посредников

  • 13.06.2018 17:06:30

    Продаю гараж СПК Медик

    Продаю гараж СПК Медик, собственник, 35м2
    ж/б, погреб, яма, внутри обит вагонкой, долгов
    по чл. взносам нет, на кадастре стоит

  • 04.05.2018 15:28:09

    Дом в деревне ПМЖ

    Продается старый деревянный дом 40 м2, изба с печкой + сени.  В доме свет, отопление печное — паровое ( с трубами) Колодец рядом…

  • 23.12.2017 02:04:40

    гараж

    Продам гараж в ГСК *СТРОИТЕЛЬ*, 6 на 4, под
    приватизацию.

Подать объявление

Реклама

Реклама

Instagram Facebook ВКонтакте

Разработка и дизайн сайта
студия RuSoft
www. rusoft.ru

Вчера
Просмотров:

Горе и заговор 20 лет спустя после 9/11

Эта статья была опубликована в Интернете 9 августа 2021 года.

Когда Бобби Макилвейн умер 11 сентября 2001 года, на его домашнем столе изучали тектонику плит. покрытые меняющимися стопками дневников в кожаном переплете и желтых блокнотов. Он вел дневники с подросткового возраста, и они были заполнены обычными дневниковыми вещами — тосками, наблюдениями, разочарованиями, — в то время как блокноты были украшены большим разнообразием: афористические размышления, цитаты, которые говорили с ним, удары по художественной литературе .

Желтые блокноты, казалось, были серьезным началом двух разных романов. Но дневники рассказывали другую историю. Для внешнего мира 26-летний Бобби был чародеем, страстным бойцом, горнилом амбиций. Но внутри парень был мудрецом и глупцом — философски относился к разочарованиям, меланхолии, когда погода менялась, лунатику по подругам.

Менее чем через неделю после его смерти отцу Бобби пришлось бороться с этим безжалостным натюрмортным столом. И он начал раздавать желтые блокноты, дневники в идеальном переплете: друзьям Бобби; девушке Бобби, Джен, которой он собирался сделать предложение.Возможно, сказал он им, там был материал, который они могли бы использовать в своих панегириках.

Один предмет в этой куче светился большим смыслом, чем все остальные: самый последний дневник Бобби. Джен бросила один взгляд и быстро поняла, что ее имя было повсюду. Сможет ли она сохранить его?

Отец Бобби не думал. Он просто сказал да. Это был рефлекс, о котором он почти сразу же пожалел. «Это решение, которое мы должны были принять вместе», — сказала ему его жена Хелен. Это была возможность в последний раз насладиться компанией Бобби, услышать его голос , вероятно, говорящий что-то новое.В этом смысле дневник не походил на восстановленную фотографию. Это подняло перспективу литературного возрождения, пусть даже и недолгую. Как, возмущалась Хелен, ее муж мог не желать знать последние мысли Бобби — те, которые он, возможно, нацарапал совсем недавно, вечером 10 сентября? И как он мог не разделить ее порыв взять до последней молекулы того, что принадлежало Бобби, и восстановить его?

«Одна недостающая деталь, — сказала она мне недавно, — все равно что не иметь руки».

Снова и снова она просила Джен посмотреть последний дневник.У Хелен было много шансов поднять этот вопрос, потому что Джен жила с Макилвейнами какое-то время после 11 сентября, не в силах мириться с пустотой своей собственной квартиры. Хелен осторожно объяснила, что сам предмет ей не нужен. Все, что она просила, это чтобы Джен выборочно сделала фотокопию.

Джен сказала бы, что подумает. Тогда ничего бы не произошло. Хелен начала умолять. Мне просто нужны слова , — говорила она. Если Бобби описывает дерево, просто дайте мне описание дерева. Джен возразила.

Запросы росли, как и отказы. Теперь они спорили. У Хелен, как отметила Джен, уже были другие вещи Бобби, другие дневники, блокноты.

Когда она, наконец, навсегда покинула дом Макилвейнов, Джен захлопнула за собой дверь, села в машину и разрыдалась. Вскоре после этого она написала Хелен письмо со своим окончательным ответом: нет, просто нет. Если Хелен захочет продолжить обсуждение этого вопроса, ей придется сделать это в присутствии терапевта Джен.

Хелен и ее муж больше никогда не видели Джен. «Она стала для меня не личностью, — сказала мне Хелен. Сегодня она даже не может вспомнить фамилию Джен.

Но в течение многих лет Хелен думала об этом дневнике. Ее разум вцепился в него, как гвоздь; она подколола своего мужа за то, что тот отдал его; это стало предметом бесконечных обсуждений в ее «хромой группе», как она это называет, в кругу шести матерей в пригороде Филадельфии, которые тоже потеряли детей, хотя и не 11 сентября. Они возмутились за нее.Кто-то из них полушутя предложил ворваться в квартиру Джен и освободить дневник. «У тебя больше нет воспоминаний», — сказала мне одна из женщин. «Итак, все, что написано, любое видео, любая карта — вы цепляетесь за это. Это все, что вы получите на всю жизнь «.

Макилвейнам придется довольствоваться тем, что у них уже есть. В конце концов, они это сделали. Девизом семьи стали три слова Бобби: Life loves on . Никто не мог понять, из какого дневника или блокнота это взялось, но это неважно.Хелен носит серебряный браслет с выгравированной этой фразой, а ее муж вытатуировал его причудливым шрифтом на плече.

Бобби Макилвейн со своими родителями, Хелен и Бобом-старшими, на выпускном в Принстоне в 1997 году. Тело Бобби было найдено среди обломков Башен-близнецов. (Данна Сингер; исходное фото любезно предоставлено семьей Макилвейнов)

Здесь я должен отметить, что я знаю и люблю семью Макилвейнов. В первый день обучения моего брата в колледже его разместили в люксе из семи человек, и, поскольку он приехал последним, Бобби стал его соседом по комнате.Мой брат часто думает о том, какое это было маленькое чудо: если бы он прибыл всего на 30 минут раньше, номер был бы изомером самого себя, когда все дети были перемешаны в совершенно другой конфигурации. Но благодаря счастливому совпадению времени моему брату пришлось проводить ночи, болтая с этим необычным ребенком, старой душой с вспыльчивым умом.

Восемь лет спустя, почти в тот же день, Бобби был убит другой случайностью. Он и мой брат все еще были соседями по комнате, но на этот раз в двухкомнатной квартире на Манхэттене, пытаясь ориентироваться в юности.

Раньше, когда Бобби был еще жив, я изредка видел Макилвейнов. Они показались мне, может быть, самыми хорошими людьми на планете. Хелен учила чтению детей, которым требовалась дополнительная помощь, в основном в трейлере на стоянке католической средней школы. Боб-старший был учителем, специализирующимся на работе с проблемными подростками; в течение десяти лет он также владел баром. Джефф, младший брат Бобби, в те дни был совсем ребенком, но всегда проявлял неоправданно добродушие, когда появлялся.

И Бобби: Боже мой. Мальчик был раскаленным. Когда он улыбнулся, весь мир выглядел так, будто он проглотил луну.

Затем, утром 11 сентября 2001 года, Бобби отправился на конференцию в Windows on the World, ресторан в здании, куда у него редко были причины посещать, для работы со СМИ в Merrill Lynch он ‘ буду только с июля. Мой брат ждал и ждал. Бобби так и не вернулся домой. С этого момента я наблюдал, как все в радиусе взрыва этого ужасного события пытались разобраться в этом, пытались справиться.

Вначале Макилвейны поговорили с терапевтом, который предупредил их, что каждый член их семьи будет горевать по-своему. Представьте, что вы все находитесь на вершине горы , сказала она им, , но у всех сломаны кости, поэтому вы не можете помочь друг другу. Каждый из вас должен найти свой путь вниз по .

Это была полезная метафора, которая, возможно, спасла брак Макилвейнов. Но когда я упомянул об этом Роксане Коэн Сильвер, профессору психологии Калифорнийского университета в Ирвине, которая всю жизнь изучала последствия внезапной травматической потери, она сразу же заметила проблему с этим: «Это говорит о том, что у всех будет до », — сказала она. сказал мне.«Некоторые люди вообще никогда не спускаются с горы».

Это одна из многих вещей, которые вы узнаете о трауре, рассматривая его с близкого расстояния: он своеобразен, анархичен, полихромен. Многие теории о горе, которые вы читаете, прекрасны, даже красивы, но они позволяют стереть индивидуальный опыт. Каждому скорбящему есть что рассказать.

Этот терапевт был, безусловно, прав, однако в самом важном смысле: после 11 сентября все те, кто был близок с Бобби, разошлись в самых разных направлениях.Хелен подавила свое горе, избегая того же супермаркета, в котором она ходила много лет, чтобы никто не спросил, как она поживает. Джеффу, единственному брату Бобби, пришлось пробиться через гибель из-за вины выжившего. Боб-старший относился к смерти сына как к нераскрытому убийству, как к прикрытию, которое предстоит разоблачить. Что-то было подозрительным по поводу 11 сентября.

А потом была Джен. Сейчас она замужем, у нее двое потрясающих детей, но иногда она задается вопросом, когда она ссорится с мужем или злится на свою жизнь, что было бы, если бы она была с Бобби все это время.Я выследил ее в апреле, и, конечно же, она совсем не та бессердечная злодейка, которой я ее воображал. Это была именно та история, которую я рассказывал себе, ту, которую я использовал, чтобы разобраться в бессмысленном, придать форму своей собственной ярости. Как я уже сказал: нам всем нужны наши истории.

Но одно я понял, когда наконец навестил ее: я хотел увидеть тот дневник. И я хотел, чтобы Макилвейны тоже это увидели. «Я не экономлю», — сказала она, когда мы впервые встретились за коктейлем. Мое сердце замерзло.

Но он все еще был у нее, чтобы вы знали.


Послушайте, как Джен Сеньор обсуждает эту историю в подкасте The Experiment , шоу о людях, которые преодолевают противоречия нашей страны. Слушайте и подписывайтесь: Apple Podcasts | Spotify | Брошюровщик | Подкасты Google

T Расскажите мне о своем сыне.

Хелен приветствовала это приглашение в первый раз, когда услышала его, потому что оно сосредоточило ее мысли, дало ей выход для ее горя. Но вскоре это наполнило ее ужасом, и она почувствовала, что напрягается под его тяжестью.Как вы можете передать, кем был ваш первенец или что он значил для вас?

Хелен обычно начинает с того, что рассказывает людям, что Бобби уехал в Принстон, но вряд ли это потому, что она зациклена на статусе. Это потому, что они с Бобом-старшим не ожидали, что у них будет ребенок, который пойдет в школу Лиги плюща. Они оба ходили в государственные школы Пенсильвании, даже не особо известные. Оба их ребенка были спортивными. Но когда Бобби было 8, его учитель в третьем классе сказал им — и они оба помнят ее точные слова: «Начните копить свои гроши.«Это образование может вам стоить.

«Для моего брата, чтобы поехать в Принстон, должно было пройти много всего, вроде астрономического, — говорит Джефф, учитель биологии в средней школе и тренер по легкой атлетике из Сомердейла, штат Нью-Джерси. «Для нас это было похоже на то, что кто-то из нашей семьи стал президентом».

Так все в семье помнят Бобби: как существо sui generis, исключительное и потустороннее, спустившееся с небес через баскетбольное кольцо.

Он был прилежным учеником.Он был еще более сильным атлетом, конкурентоспособным до дерзости. В прошлогоднем выпуске The Philadelphia Inquirer Майк Силски, старый одноклассник Бобби по старшей школе, описал его на баскетбольной площадке как «сплошь кости, острые углы и локти на шпильках». Это была история о гусиных прыщах, которую он написал, потому что другой их одноклассник обнаружил 36 секунд видео из 1992 года, в котором подросток Бобби Макилвейн бросает безупречный пас, который создает безупречный выстрел, который летит прямо над подростком. глава…

Коби Брайант.

Бобби в тот день заработал 16 очков у Коби и его команды, не считая того, что поставил поплавок.

Когда он поступил в колледж, Бобби сохранил часть той альфа-собачьей жилки. Он все еще был конкурентоспособен, даже играя в бессмысленные выдуманные игры в общежитии. Он не стеснялся насмехаться над друзьями. Он был высоким и красивым и обладал высоким уровнем уверенности в своем чувстве стиля, что могло быть оправдано, а могло и не быть. «Были времена, когда вы хотели, чтобы он отступил и не был таким серьезным и напряженным, — говорит Андре Пэррис, бывший сосед по комнате и один из самых близких друзей Бобби.«Но это было частью того, кем и чем он был, и того, что, по его мнению, он должен был сделать, чтобы продвинуться вперед».

То, что «вырваться вперед» означало для Бобби, было непросто. Финансовые заботы повсюду в его журналах тех лет ( Я не чувствую себя настоящим человеком, сидящим здесь без денег , — говорится в одной типичной записи). Тем не менее, он был в противоречии по поводу того, что нужно делать, чтобы заработать деньги, сбитый с толку всеми детьми, вставшими на путь послушания в бизнес-школу. ( Неужели молодежь — это просто хобби? — спросил он о них с явной досадой.) Он хотел быть писателем. Который, очевидно, ничего не заплатил.

Этот конфликт продолжался и в его недолгую взрослую жизнь. Он провел два года в книгоиздании, прежде чем понял, что этим нельзя зарабатывать на жизнь, и вместо этого переключился на корпоративный PR. Он все еще мог писать свои романы на стороне.

Но при всем голоде и чванстве Бобби, даже в студенческие годы он в основном источал тепло, порядочность, причудливость штопора. Он обожал подруг. Он дал осторожный совет. В старших классах он пошел на уроки современного танца, потому что, ну, а почему бы и нет? Было бы весело.И разные. Его последний проект заключался в физическом произношении имени его девушки.

Но это было всего лишь шуткой. Истинной интеллектуальной страстью Бобби были афроамериканская культура и история. После смерти Бобби Макилвейны получили не одну, а две записки с соболезнованиями от Тони Моррисон, с которой он ходил на занятия. Вторая пришла с курсовой работой, которую он для нее написал. «Это, безусловно, один из самых опытных и проницательных, — писала она, — как и он». Его кандидатская диссертация была отмечена почетной премией на кафедре афроамериканских исследований.

На его похоронах самые старые друзья Бобби говорили о том, каким образцом для подражания он был для них. Я был на пять лет старше Бобби, а это означало, что в основном я видел его обаятельным и очаровательным, умным и неудержимым.

Но, как ни странно, я тоже хотел произвести на него впечатление. Когда я начал свою работу в журнале New York , еженедельно писать короткие репортажи в театральной секции, Бобби очень огорчал меня из-за того, что каждую из них заканчивал цитатой. Сначала я был раздражен, защищался — , дерьмо — но, оглядываясь назад, удивительно, что меня так заботило мнение этого 22-летнего парня, и еще более удивительно, что он прочитал меня достаточно внимательно, чтобы обнаружить зарождающийся тик.По сей день я считаю, что Бобби преподал мне ценный урок: если вы собираетесь уступить последнее слово кому-то другому, вам лучше быть чертовски уверенным, что этот человек этого заслуживает.

Боб Макилвейн-старший легко и регулярно плачет, когда вы с ним разговариваете. Все в семье знают это и привыкли к этому — его горе живет на поверхности, время от времени вздыхая. Он плакал во время нашего первого обеда после того, как Макилвейны подобрали меня на вокзале несколько месяцев назад; он снова заплакал через несколько минут после нашего первого разговора, когда мы были вдвоем; — плакал он в недавнем интервью Спайку Ли для документального сериала о 11 сентября на канале HBO.

Во время разговора с Бобом-старшим меня осенило нечто душераздирающее и грубо простое: 11 сентября может быть одним из самых задокументированных бедствий в истории, но, несмотря на всю катушку видеоматериалов о катастрофах, которые мы смотрели, мы все еще практически ничего не знаем. о последних моментах жизни отдельного умершего. Если подумать, странно, что столь публичное событие все еще может быть такой суровой загадкой. Тем не менее, это так, и это ужасно — живым остается упорствовать, позволяя своему воображению буйствовать в своих полуночных загонах.

«Единственное, что я делаю, — это теракты об 11 сентября», — говорит Боб Макилвейн-старший. «Моя основа всего вращается вокруг дня». (Данна Сингер)

Для Боба-старшего это означало задаваться вопросом, где Бобби и что он делал, когда начался хаос. В течение многих лет это было все, о чем он мог думать. Мысль о страданиях Бобби мучила его. Был ли он сожжен? Он задохнулся? Или еще хуже? «Я думаю, Бобби прыгнул», — крикнул он однажды жене, поднимаясь по лестнице. Эта мысль чуть не свела Хелен с ума.

Со временем выяснилось, что Бобби не прыгает.Бобби был одним из менее чем 100 трупов гражданских лиц, извлеченных из обломков. Но Боба-старшего беспокоило то, что он никогда не видел тела. В морге 13 сентября патологоанатом настоятельно посоветовал ему не смотреть его. Только годы спустя — четыре? пять? он больше не может вспомнить — неужели он наконец набрался смелости, чтобы пойти в офис судебно-медицинского эксперта в Нью-Йорке и получить официальный отчет.

Из выпусков за июль / август, сентябрь и октябрь 2002 года: Выдержки из книги Уильяма Ланжевише « Американская территория: строительство Всемирного торгового центра»

Вот тогда все изменилось.«Весь мой тезис — все, что я сейчас делаю — основано на его травмах», — говорит он мне. «Глядя на тело, я пришел к выводу, что он входил и взорвались бомбы».

Он имеет в виду управляемый снос. Вот как он думает, что Бобби умер в тот день, и как башни в конечном итоге рухнули: в результате контролируемого сноса. Это была внутренняя работа, запланированная правительством США не для того, чтобы оправдать войну в Ираке — это был бонус — а на самом деле, в конечном итоге, чтобы разрушить 23-й этаж, потому что именно там ФБР расследовало использование золота, которое Соединенные Штаты Во время Второй мировой войны государства незаконно реквизировали у японцев, что затем использовали для банкротства Советского Союза.Самолеты были просто для галочки.

Может ли человек проснуться 12 сентября 2001 года и поверить в это? Нет. Это убеждение формируется в течение многих лет.

В тот первый год Боб-старший онемел. Его единственной целью было прожить каждый день. Но в конце концов он стал участником группы под названием «Семьи 11 сентября за мирное завтра», протестуя против войн в Афганистане и Ираке. «Это открыло мне жизнь», — говорит он мне. «Я стал очень активным. Вот как я горевал. Это было идеально.

До того, как Бобби уехал в Принстон, Боб-старший был равнодушен к политике, голосуя иногда за демократов, а иногда за республиканцев, включая, как он думает, Рональда Рейгана. «Я не был начитанным человеком», — говорит он. «У меня был бар в городе. Если бы я даже упомянул слово , прогрессивный , мои клиенты, вероятно, застрелили бы меня ».

Но затем Бобби начал посещать уроки гламурных постоянных радикалов Принстона. Он начал писать для школьного журнала Progressive Review .Его отец поглощал все, что писал. Вскоре он заставил Боба-старшего читать « A People’s History of the United States » Ховарда Зинна и « Z Magazine », радикальный ежемесячный журнал. Боб-старший с тех пор интересовался политикой. «Это все из-за Бобби».

Так это антивоенная активность? Это было идеальным — естественная отдушина для него.

Но время шло, и Боб-старший стал нетерпеливым. В 2004 году он отправился в Вашингтон, чтобы послушать выступление Кондолизы Райс перед Комиссией по 9/11, и ее показания — или их отсутствие, как он сказал, — так взбесили его, что он ушел в ярости, ругаясь в залах Конгресса.«Я хотел получить ответы», — объясняет он. Однако никаких ответов не последовало. Тут он понял: правительство что-то скрывает. «Я стал боевиком», — говорит он. «По сей день я очень воинственен».

Боб-старший — мужчина в очках, с мягким голосом, стройный и слегка сутулый. Но его аффект обманчив. Мы сидим в логове наверху трехкомнатного дома Макилвейнов в Орланде, штат Пенсильвания, в том же доме, где выросли Бобби и Джефф. Он милый, скромный, завален семейными фотографиями.Но эта комната была преобразована в бункер для исследований 11 сентября, набитый книгами и тщательно организованными файлами — по событиям, предметам, странам. Самым большим произведением искусства на стене является карта мира с веснушками и булавками, на которой отмечены все страны, которые пригласили Боба-старшего рассказать свою историю.

«Я так много говорю, слухи распространяются», — говорит он мне. «Я покажу вам Италию». Он имеет в виду фотографии и вырезки с римского кинофестиваля, потому что он появился в документальном фильме Zero: Inchiesta sull’11 Settembre .Ему пришлось пройти по красной ковровой дорожке. «Русские подошли. Они провели здесь два дня, хотели услышать, что я скажу ». Имеются в виду российские государственные информационные агентства. Они припарковались на задней палубе «Макилвейнов». «Франция приехала сюда, осталась на несколько дней поговорить». Та же самая сделка, хотя он не помнит, в каком медиа-центре. («Мой папа практически знаменитость в этом сообществе, — сказал мне Джефф.) джихадисты используют коммерческие самолеты, наполненные беспомощными гражданскими лицами — это работа Architects & Engineers для 9/11 Truth, популяризировавшая идею о том, что реактивное топливо не может гореть при достаточно высокой температуре, чтобы плавить лучи в расплавленную сталь.Само собой разумеется, что это противоречит всем наблюдаемым фактам.

Но именно эту теорию Боб-старший хочет проиллюстрировать для меня. У него подготовлены наглядные пособия, множество строительных схем. Я говорю ему, что мы туда доберемся; Я просто хочу задать еще несколько вопросов о тех первых днях —

Он разочарован. «Все, что я делал в своей жизни, основано на этих секундах». Это то, что он очень хочет обсудить.

И так обсудим. Он утверждает, что только заранее спланированный взрыв мог разрушить эти башни, и только вестибюль, расшитый взрывчаткой, мог объяснить повреждения тела Бобби.У него есть полный отчет судмедэкспертизы.


Очень обидно читать. Большая часть головы Бобби — это красивое лицо — отсутствовала, как и большая часть его правой руки. Детали представлены в виде общих диаграмм и на бесстрастном языке патологии («Отсутствует: правая верхняя конечность, большая часть головы»), а также пара пугающих ответов в стандартном контрольном списке.

Цвет волос: Нет.

Цвет глаз: Нет.

Но хитрость заставила Боба-старшего.думаю, что-то было не так. В отчете описывается множество порезов и переломов, но почти полностью они появляются на передней части тела Бобби. Задняя часть его трупа в основном описывается как нетронутая, за исключением множества переломов того, что осталось от его головы.

История, которую мы рассказываем себе все эти годы, заключается в том, что Бобби уже покинул здание, когда сбились самолеты. Бобби не работал во Всемирном торговом центре; судя по тому, что мы смогли собрать воедино, он перешел в Windows on the World просто, чтобы помочь новому коллеге подготовиться к утренней презентации на конференции, которая продлится весь день, а не для того, чтобы присутствовать на ней.Итак, Бобби сделал свое дело, как мы предполагали, затем попрощался и возвращался в ближайший Меррил Линч, когда его внезапно убили на улице летящими обломками.

Ежедневник Бобби завален встречами. Но день 11 сентября пуст. Что бы он ни делал, было недостаточно, чтобы заслужить отдельное упоминание.

Боб-старший на это не купится. Если бы это было правдой — если бы Бобби переместил на от Всемирного торгового центра — разве он не упал бы вперед? Не будет ли травм на его спине ? «Если ты убегаешь, это было бы более ужасно, — говорит он мне.«Вероятно, каждая кость в его теле сломалась бы».

Я говорю ему, что я не патологоанатом, но мне кажется столь же правдоподобным, что он слышал рев самолета, летящего слишком низко и слишком быстро, или, может быть, звук угнанного самолета, врезающегося в саму Северную башню. и обернулся, чтобы посмотреть, что случилось, и так и не узнал, что его поразило.

Он отвергает это объяснение. «Моя теория заключается в том, что в то время он проходил по зданию в здание , потому что там у него была конференция.»

« Я думал, его конференция началась в 8:30? » Я спрашиваю. Первый самолет упал в 8:46 утра. Это означало, что Бобби опаздывал.

«Я думал, что это началось в 9», — говорит Боб-старший.

«Есть ли способ узнать?» Я спрашиваю.

«Знаешь, честно говоря, я никогда…»

Он никогда не проверял.

Завтрак и регистрация на конференцию начались в 8 часов. Вступительное слово было запланировано на 8:30. Коллега Бобби должен был выступить в 8:40.Полная брошюра доступна на веб-сайте Мемориала и музея 11 сентября.

Когда я в конце концов навещаю Джен — девушку из украденного дневника, женщину, с которой Бобби собирался обручиться, — она ​​показывает мне ежедневник, который сидел на его столе в Merrill. Здесь много встреч. Но день 11 сентября пуст. Что бы он ни делал, было недостаточно, чтобы заслужить отдельное упоминание.

Прочтите: Все, что моего мужа там не было на

Мой брат также сказал мне, что у него все еще есть записка Боба-старшего.оставила для него на кухонном столе в четверг, 13 сентября. В нем говорилось, что следователь из полицейского управления Нью-Йорка Джо Гальярди только что пришел, чтобы передать бумажник, который они вытащили из кармана Бобби. Особо выделялась одна линия. Он был найден по периметру. Не возле вестибюля.

«Был ли он на самом деле?» — говорит Боб-старший, когда я звоню ему и спрашиваю о записке. Он совершенно забыл, что написал это. «Если это правда, это здорово». Он думает на мгновение.«Несмотря на периметр — он все еще мог быть на расстоянии 10 футов. Он определенно находился не в 100 футах от здания ».

Затем я рассказываю ему о расписании конференции, которое на самом деле оставляло открытой возможность того, что он находился в 100 футах от здания. Если бы он ушел до того, как его коллега заговорил — или вступительное слово, — он мог бы быть довольно близко к своему офису в Merrill Lynch, в пяти минутах ходьбы от него. Боб-старший понимает все это. Он повторяет, что считает травмы Бобби слишком серьезными, слишком жестокими, чтобы быть вызванными летящими обломками.»Но вы знаете, что?» — наконец говорит он. «Это больше не имеет отношения ко мне. Все мое дело в том, кто это сделал и почему. Прошло 20 лет, а я, , по-прежнему не могу получить никаких ответов ».

Это занимает у меня некоторое время, но в конце концов я набираюсь смелости задать Бобу-старшему очевидный вопрос: что делает его утверждения о разрушении Всемирного торгового центра более правдоподобными, чем утверждения, например, сторонников Дональда Трампа, которые говорят: выборы 2020 года украли?

«Я могу поверить, что его украли!» он мне говорит.«Но я не собираюсь проповедовать это, потому что я не знаю . Потому что я делаю своих домашних заданий «. Боб-старший всегда читает. Его последняя биография Аллена Даллеса. «Вероятно, 99,9 процента людей, которых вы найдете в этих радикальных группах — Хранители Клятвы, или что угодно — они действительно не проводили никаких исследований».

Но затем он добавляет, что симпатизирует избирателям Трампа так же сильно, как презирает самого Трампа. «Эта страна так долго ничего для них не делала.Так что их нельзя винить за то, что они проголосовали за него ».

Боб-старший спрашивает, не хочу ли я увидеть бумажник Бобби. Я не знала, что у него это было, но он есть, запакованный в пакет для биологически опасных материалов, а сам закопан в пластиковый ящик в комнате, которая когда-то принадлежала Бобби. Он их осторожно открывает для меня.

«Хелен и Джефф никогда этого не видели», — говорит он мне.

Нет?

«Нет.»

Кошелек все еще покрыт пылью и слабо пахнет запахом Всемирного торгового центра, запахом когда-то настолько сильным, что жители Нью-Йорка могли чувствовать его в глазах.Он начинает вытаскивать скромное имущество 26-летнего парня: водительские права Пенсильвании, карту Visa, какое-то служебное или строительное удостоверение, библиотечный билет. В кошельке все еще есть 13 долларов наличными, но деньги разваливаются, почти полностью сгнили.

«Единственное, что я делаю — это теракты 11 сентября», — говорит Боб-старший. «Моя основа всего вращается вокруг дня».

Следует сказать, что это совсем не то, что Хелен делает со своими днями. Расследование событий 11 сентября в течение двух десятилетий не входило в ее пенсионный план.В одном из наших первых разговоров она специально сказала мне, что пойдет через Соединенные Штаты до , а не , чтобы открыть для себя кое-что из того, что узнал Боб-старший. Итак, пока мы с ним сидим здесь, проверяя бумажник, которого она никогда не видела, я спрашиваю: разве все эти поиски, эти допросы не имеют вредных последствий для его брака?

Он с готовностью признает: «Мы общались, и она ловила меня на словах, и она сходила с ума. Она говорила: «Не говори о 11 сентября.Но потом кто-нибудь подходил ко мне и спрашивал: «Могу я вас об этом спросить?» И я начинал говорить. Тогда она узнает об этом. Она бы так расстроилась. Теперь они склонны общаться отдельно. «Я поговорю об 11 сентября со всеми, кого встречу, если они захотят поговорить об этом», — говорит он. «И я думаю, поэтому у меня не так много друзей. Они боятся Я собираюсь об этом поговорить.

Может быть трудно представить, почему кто-то захочет проводить так много времени, погружаясь в историю, сенсации и криминалистику смерти своего сына.Но для Боба-старшего в этом и суть: держать горе под рукой. «Я не хочу уходить от этого», — говорит он мне. Он хочет, чтобы оставалось на вершине горы. Вот как он проводит время в компании Бобби — раскрывая это преступление, раскрывая правду о злоупотреблениях американской империи. «То, что я делаю, действительно помогло мне, потому что я думаю о нем каждый день. Каждый раз, когда я говорю, я говорю о Бобби ».

Кошелек Бобби все еще покрыт пылью и слабо пахнет запахом Всемирного торгового центра, который висел над Нью-Йорком осенью 2001 года.(Данна Сингер)

Он знает, что есть другие способы провести время с Бобби, которые не были бы такими мучительными. Например, он мог читать свои дневники. По сей день он чувствует себя ужасно из-за того, что передал последний Джен. Он так долго чувствовал себя виноватым из-за этого, что все еще упоминал об этом в интервью в 2011 году. Британская газета назвала это «журнальным эпизодом».

«Я просто не особо разбираюсь в журналах», — говорит он мне. «Они не так много значат для меня».

Итак, что для вас больше всего значит? Я спрашиваю.

«Что его убили», — говорит он.

Утром 11 сентября Хелен, самый стойкий из Макилвейнов, была единственной, кто запаниковал. Джефф знал, что его брат не работал во Всемирном торговом центре. Боб-старший, который в тот день преподавал в психиатрическом отделении для подростков местной больницы, относился к жутким тлеющим башням как к новостному событию и, вместе со всеми, начал смотреть репортажи по телевидению.

Хелен, однако, взглянула на телевизор, и ей нужно было сесть.Она знала, что это кажется нелепым и суеверным, но она говорила с Бобби накануне вечером и забыла закончить разговор, как всегда: «Будьте осторожны». Позже она сказала эти слова его гробу, когда его опускали в могилу.

К полудню, когда никто не слышал о Бобби, все в семье чувствовали себя Хелен. Да, вышки сотовой связи в Нижнем Манхэттене были отключены, и телефоны работали только время от времени, но, конечно же, Бобби, который мог часами разговаривать по телефону со своими родителями ( Как вы, ребята, находите столько поводов для разговоров? Его друзья всегда спросил), нашел бы способ позвонить, а Джен ничего не слышала, что на самом деле не имело смысла.Бобби только что попросил у ее отца разрешения жениться на ней двумя днями ранее.

Ближе к вечеру Андре, его близкий друг и старый соратник, наконец, встретился с женщиной в Merrill Lynch, которая неловко сказала ему, что Бобби и его коллега должны были присутствовать на конференции в Windows on the World этим утром, и никто не приехал. слышал от них с тех пор. Андре позвонил Макилвейнам.

«Та первая ночь, вероятно, была хуже, чем после того, как мы узнали наверняка, что он умер, — говорит Джефф, — потому что мы понятия не имели, что произошло.Я не мог выбросить это из головы — что он был из , понимаете? »

Они спали в берлоге трое. В ту ночь Джен осталась в своей гостиной, прикованная к телевизору.

В среду утром Джефф и Боб-старшие были слишком взволнованы, чтобы оставаться в Орланде. Они сели на поезд до Нью-Йорка и совершили безрезультатную поездку по городским центрам сортировки. Ничего такого. Мой брат стоял в очереди в центре поиска пропавших без вести; Андре управлял командным центром из своей квартиры, работая с телефонами и всеми имеющимися у него сведениями; Джефф проверил все веб-сайты, которые смог найти. Обновить, обновить, обновить.

Джен села и стала ждать.

Боб-старший провел ночь в среду в квартире моего брата и Бобби, спав в постели своего сына.

На следующий день Андре позвонили из полиции Нью-Йорка, на этот раз с мрачными новостями: всем нужно немедленно отправиться в оружейный склад на Лексингтон-авеню.

И снова Андре пришлось рассказать Макилвейнам. Хелен спокойно сделала, как ей сказали. Она относилась к этим инструкциям, как если бы она была космонавтом, делая все, что будет дальше, если бы один из модулей Международной космической станции загорелся.

Оружейная была кипящей массой отчаявшихся. Сотни семей выстроились в очередь с плакатами с лицами своих близких. Служитель проводил моего брата, Джен, Андре и семью Макилвейнов внутрь. Хелен назвала ему имя Бобби. Офицер полиции подошел к ней через комнату. «Ты мать?»

Многое из того, что последовало за этим, было размытым. Их отвели в отдельную комнату, где на них спустились наставники. Затем произошло нечто необычное: вошел Руди Джулиани.

Мэр без сопровождения. Без помощников, без фотоаппаратов ничего. Он выглядел искренне счастливым оттого, что в тот момент у него есть семья, которую можно утешить, когда столько покинутых нью-йоркцев все еще кружатся в подвешенном состоянии, расклеивая листовки с фотографиями пропавших без вести на фонарных столбах, заборах из проволочной сетки, стенах больниц.

Джулиани обнял всех. Затем он сел напротив Макилвейнов. Он произнес всего пять слов: «Расскажи мне о своем сыне».

После смерти Бобби Хелен Макилвейн умоляла его подругу Джен поделиться его последним дневником с семьей, но безрезультатно.(Данна Сингер)

Если Боб-старший решил утолить свое горе, Хелен решила морить свое горе голодом. Она говорила об этом со своей хромой группой, потому что они понимали. Но она была полна решимости не быть, как она выразилась, «По крайней мере, я не Хелен». Жить с невозможным было достаточно тяжело. Но иметь возможность утешать других по поводу ее несчастья, или справляться с их дискомфортом, или, что хуже всего, вежливо улыбаться через их жалость — это было больше, чем она могла вынести. Хелен до сих пор может составить список всех благих намерений, которые люди говорили, что задело.

Ни один родитель не должен хоронить ребенка.

Ты никогда не будешь прежним.

Прошлой ночью я был со своими детьми и понял, что у вас больше никогда не будет ничего подобного.

Разве люди не понимали, что строят ров, а не мост, когда говорили такие вещи? Что они привлекали внимание к красивым замкам, в которых жили, и в их стенах все еще оставалась удача?

Тот первый год был жестоким. Однажды, когда она сидела в закусочной с друзьями, одна из них заговорила о музыкальных талантах ее сына.«Я хотела кричать», — говорит Хелен. «Мне пришлось выйти. Я не мог слушать, как кто-то говорит о своем ребенке. Годами. Я не мог ».

Второй год был ненамного лучше. Она пыталась поехать в Италию на гастроли с другом. Она говорит, что производила впечатление холодной, отстраненной, странной. Она боялась самого безобидного вопроса: Есть ли дети?

Работа помогла. Она была нужна ее ученикам, а ее коллеги были замечательными. «Вот только мне не нужна была их помощь, потому что это было слишком рано», — говорит Хелен.«Итак, спустя несколько лет, я выглядел так, как будто я исцелился. И это было неправдой. Я хотел, чтобы иногда говорил об этом. Но мне нужно было найти другие средства для этого, потому что я бы как бы закрыл эту дверь ».

Не могу решить, соответствует ли это той Хелен, которую я узнала. Может быть?

Хелен: Она почти или совсем не пользуется косметикой. Она очень добродушна. Она всегда полна вопросов о вашей жизни. Она из тех людей, которые соглашаются с любым планом и могут провести 20 минут в аптеке, примеряя с вами забавные очки для чтения.

Мы действительно сделали это вместе во Флориде пару лет назад. Мы оба были в гостях у моей мамы.

Так что заповедник, который она описывает, мне немного чужды. «У меня странная личность», — говорит она мне. «Я могу плакать из-за блузки, которую испортил в стирке, а потом быть стойким к чему-то…» Она замолкает, но я думаю, что слово, которое она ищет, — большой .

« Они заслуживают большего, чем я могу им дать, и все же они никогда не попросят большего, чем я», — написал Бобби в своем дневнике о своих родителях.»Я их очень сильно люблю.»

Но с Бобби…! Бобби проявил в ней более эмоциональную окраску, потому что он был таким чувствительным ребенком. «Однажды, примерно через полчаса прослушивания историй о его горе-мне подруге, — рассказывает она мне, — я сказала ему:« Ты понимаешь, что я замужем за папой уже почти 30 лет, и я никогда не думала о нем так много, правда? »Но, конечно, она любила каждую минуту этого.

Последний раз она видела Бобби за две ночи до его смерти. Не прошло и часа, как он попросил у отца Джен разрешения жениться на ней; теперь обе семьи ужинали в ресторане в Ламбервилле, штат Нью-Джерси, где у Джен была квартира.Хелен взглянула на сына и увидела, что его лоб все еще блестит от пота. Она залезла под стол и нашла его руку. Он сцепил свой мизинец с ее. Так они и оставались, пока не пришла еда.

Примерно к десятой годовщине 11 сентября Хелен поняла, что с ней не все в порядке. Она потеряла ребенка, так что, возможно, это было тем, чем суждено было быть ее новой жизни: не все в порядке. Но ее не убедили. Где-то по пути ее стойкость, ее стойкий отказ быть жертвой — это имело неприятные последствия.«Я обнаружил, что веду себя мелочно. И ссоры. Иногда я слишком сплетничал ».

Я никогда не слышал, чтобы Хелен ругала кого-нибудь. Даже когда я упоминаю, что скоро увижу Джен, она реагирует тревогой, а не горечью. Она не хочет открывать старые раны. Тогда они оба ужасно страдали; ни то, ни другое не было ее лучшим «я».

Хорошо, но что, если она одолжит мне дневник? Я спрашиваю.

«Боже мой. Ты выйдешь за меня?»

Но это сегодняшняя Хелен.Хелен десять лет назад решила, что она не та, кем хотела быть. Ее терапия остановилась. Ей было трудно справиться со своим гневом. «Моя жизнь кажется такой неожиданной», — написала она в воспоминаниях, посвященных десятой годовщине.

Она заполнила слишком много и ферментировала в собственном рассоле.

Вскоре после этого она начала посещать другого терапевта. Этот был духовным. Эта новая точка зрения изменила все. «Она действительно считает, что мы не видим всего».

Еще до смерти Бобби Хелен была большой поклонницей книг по саморазвитию.Но после 11 сентября она скупала их дюжинами, выдумывая все, что могла, о потере. Она считала Элизабет Кюблер-Росс незаменимой — не столько для того, чтобы писать о пяти стадиях горя, хотя это было нормально, сколько для того, чтобы писать о жизни после смерти.

Кюблер-Росс когда-то считал веру в загробную жизнь формой отрицания. Но начиная с середины 1970-х годов она изменила свое мнение, собрав тысячи свидетельств тех, кто пережил околосмертный опыт, чтобы показать, что наши души переживают нас.

«Я смотрела книги о жизни после смерти, но они были слишком религиозными, — говорит Хелен. «Я хотел, чтобы поверил тому, чему меня учили в моем католическом воспитании. Но что мне понравилось в Кюблер-Росс, так это то, что она имела научное образование ».

Разумеется, именно потому, что она была ученым, коллеги-врачи Кюблер-Росс были так встревожены этим странным поворотом в ее интересах. Они считали это дурацким и нестрогим пятном на ее наследии. Я говорю это Хелен. Она смеется.«Держу пари, они не продали миллионы книг».

Кюблер-Росс использовал бессмысленную, но интуитивную метафору для описания тела и души: Наши тела — это наши смертные кольца, наши «коконы»; когда мы умираем, мы содрогаемся от них, и наши души — наши «бабочки» — выбрасываются в дебри вселенной. Хелен лелеяла эта идея. Это было понятие, которое могло искупить жестоко, капризно сокращенную жизнь. «Однажды я на самом деле подумал: Что, если есть иерархия, и Бобби является ее частью, и он просто на какое-то время спустился как человек?

Она и Боб старшийначали смотреть сериалы « Сверхъестественное » и «Баффи, истребительница вампиров » — сериалы, о которых они никогда не думали раньше.

И здесь, в этом мире, Хелен пришла к пониманию того, что сдерживать свое горе ничего нельзя. В 60 лет она начала бегать не только потому, что это было приятно, но и потому, что это позволяло ей плакать. Она стала больше выражать себя. Однажды она заметила, что буря обид, которую она разогнала в кабинете терапевта, была такой тривиальной, такой мелкой, такой бессмысленной .Что ее так взволновало?

Теперь она делает то же самое, что и книги по саморазвитию: отпускает вещи. Она рассказывает мне о подруге, чья самоотверженность приводила ее в бешенство. Но недавно она поболтала с ней по телефону и решила просто насладиться хорошим.

Вау, говорю я. Что делает вас таким снисходительным?

«Это плохо мне служило».

Вы знаете, что такое радикальное принятие? Жить с мужем, который посвятил свою жизнь распространению слухов о том, что Соединенные Штаты намеренно организовали крах Всемирного торгового центра, а затем сговорились скрыть это.Забудьте обо всех колонках с советами о том, как ладить со своим любящим Трампа дядей на День Благодарения. Как вы живете в своем многолетнем браке после того, как ваш сын умер, а ваш супруг просыпается каждое утро в ярости, словно открытая рана, и полон решимости раскрыть правду?

Хелен солгала бы, если бы сказала, что это не вызвало трений.

«Было много моментов, когда я думала, О, пожалуйста, », — говорит она. Она была совершенно открыта для некоторых вещей, сказанных Бобом-старшим.«Но многое из этого было эмоциональным, и многое из этого я не мог проследить, чтобы выяснить это сам, и я не человек, который заходит на веб-сайты. Я не хотел лопнуть его мыльный пузырь, постоянно спрашивая: «А вы проверили, действующий ли это веб-сайт?» »

Возможно, более сложная проблема — это« гайки и болты жизни в жизни ». -брачный вопрос, был ежедневный разговор. Целеустремленность Боба-старшего означала, что любой разговор без предупреждения может перейти к 11 сентября. Она спускалась вниз и говорила ему, что думает о покупке нового свитера; он ответил бы, спросив, знала ли она, что правительство солгало о фактической дате смерти Усамы бен Ладена.

«Значит, это помешало?» она спрашивает. «Да, много раз. Мы собирались куда-то, и я говорил Бобу: «Вы, , не можете говорить о 9/11». А он отвечал: «Ну, они спрашивают меня об этом». Я попался на это первым. 99 раз, пока мой терапевт не сказал: «Этого недостаточно». Когда мы на светском мероприятии, нас нет. Я не хочу всегда быть жертвой, жертвой, жертвой ».

Как вы справляетесь с этим сейчас, спрашиваю я, если вы чувствуете, что приближается еще один монолог?

«Теперь я говорю:« Боб, у тебя на лице выражение «я не буду говорить ни о чем другом, кроме 11 сентября».«Мы подошли к тому моменту, когда мы действительно можем пошутить над этим».

Хелен хочет, чтобы я понял: есть некоторые аспекты навязчивых идей Боба-старшего, которые она просто не терпит; она их активно поддерживает. Два года назад она слушала презентацию «Истины о 9/11» от Architects & Engineers и нашла ее убедительной. Это другие части его повествования, которые продолжают развиваться, оставляя ее без внимания. «На его месте я бы просто придерживалась зданий», — говорит она. Я спрашиваю, в курсе ли она его последней теории, касающейся японского золота.Она качает головой. «Я даже не слышу этого», — говорит она. «Я защищаю человека, а не точку зрения».

Давным-давно Хелен поняла, что «правда 11 сентября», как любит называть это Боб-старший, вонзила крючки в ее мужа, и она никогда не думала, что ее дело — высвободить их. «Я очень его защищаю, — говорит она. «Если он решил быть стриптизером в доме престарелых, я не против». Он должен быть тем, кем должен быть, потому что, черт возьми, это случилось, понимаете? И если это утешит его…

Она прерывает себя и смущенно улыбается.«Убери эту визуализацию из головы».

Хелен никогда бы не подумал бросить этого дорогого человека. Он был тренером младшей лиги Бобби. Тот, кто в детстве устраивал гонки вокруг дома, используя кусок ленты для финиша. Боб-старший был ее единственным поклонником, который когда-либо предлагал им вместе заниматься спортом — другие думали, что это было строго для парней.

И теперь он единственный в мире человек, который понимает, каково это — вырастить Бобби Макилвейна и потерять его.

Она проводит меня к стене с огромным плакатом в рамке, который она сделала на заказ для своего мужа пять лет назад. По сути, это периодическая таблица Боба-старшего — десятки его изображений, аккуратно выложенных в виде сетки. Боб-старший разговаривает с Рози О’Доннелл. Боб-старший дает интервью французскому телевидению. Боб-старший рассказывает на форуме об отчете комиссии по 11 сентября, записанном на C-SPAN. «Я подарила ему это на его 70-летие», — говорит она. Она зашла в Интернет, ввела его имя в Google и вуаля. Галерея героя.«Я люблю смотреть на это». Как ни странно, он стал суперзвездой, которой никогда не удавалось стать его сыну.

Крестовый поход Боба-старшего может показаться внешнему миру безумием. Хелен видит в этом акт любви. «Он почти идет на войну за своего сына», — говорит она мне. «Он лучший отец, который умеет. Как я могу этого не допустить? »

Большинство теорий горя, особенно те, которые касаются стадий, больше литературны, чем буквальны. Люди скорбят не по порядку, и уж точно не по логике.Но есть аспект одной из этих моделей, к которому я возвращаюсь всякий раз, когда думаю о Макилвейнах. Это стадия «тоски и поиска» горя, впервые описанная британскими психиатрами Колином Мюрреем Парксом и Джоном Боулби в 1960-х годах. «При поиске, — пишет Паркс, — человек, потерявший близкого, чувствует и действует так, как будто потерянный человек может быть восстановлен, хотя он интеллектуально знает, что это не так».

Очевидно, как ищет Боб-старший. Но после разговора с Хелен мне приходит в голову, что, возможно, ее многолетняя озабоченность последним дневником Бобби — ее эквивалент Боба-старшего.Навязчивые идеи. «Да!» — говорит она, когда я в предварительном порядке поднимаю вопрос о такой возможности. «Да, да. Это «Если у меня не будет , это , то у меня будет , а это ».

Но вот что любопытно. У Хелен есть два предыдущих дневника Бобби. У нее также есть стопки блокнотов с его записями, многие из которых содержат дневниковые записи. Но она вообще почти не вникает в них.

Одна из практических причин: их трудно расшифровать. Почерк Бобби аккуратный, но мелкий и немного своеобразный. Другой — инстинктивно: долгое время Хелен боялась, что их чтение будет нарушением священных границ, «как войти в его комнату без стука.Еще одно — это то, как много боли это причиняет ей. «Я попробовала сегодня снова», — написала она в другом воспоминании, посвященном десятой годовщине смерти Бобби. «Я подумала:« Если я не займусь этим до своей смерти, кто будет? »» Она продолжала 10 минут. Боб-старший никогда на них не смотрел.

«Но где-то я нашла слова Жизнь любит на », — говорит мне Хелен.

Я хотел спросить ее об этом, потому что сейчас читаю дневники и блокноты Бобби, и нигде не могу найти эту фразу.Она все еще не знает, откуда это взялось?

Она не знает. Она думала, что он написал это о умершем близком друге семьи, но ошиблась. Я говорю ей, что буду искать.

В ту ночь я беру один из двух дневников в свой отель. И, читая, я понимаю, что, вероятно, есть еще одна причина, по которой Хелен никогда не копалась слишком глубоко ни в одном из них. Это его первые и второкурсные годы в колледже, когда он был еще прото-человеком, по сути, еще ребенком. Он явно был старше, когда писал какие-то блокноты, но они хаотичны и недатированы.Только дневники кажутся управляемыми и хронологическими, и они читаются, как размышления мальчика позднего подросткового возраста — витиеватые, задушевные, немного мягкие. Он совсем не похож на Бобби 11 сентября 2001 года, которому было почти 27 лет.

Тем не менее, я до сих пор получаю удовольствие от них и от этих хаотических блокнотов, особенно от тех частей, которые касаются письма. Даже в 19 лет Бобби пытался найти свой голос, иногда переходя от первого лица к третьему, чтобы посмотреть, нравится ли он ему больше (а затем говорил об этом на полях — эксперимент от третьего лица! ).Они полны увещеваний и напоминаний самому себе: Мне нужно оставаться верным своему голосу, каким бы он ни был. Я пишу ужасные вещи чужими голосами. И мой любимый: Надежда даже важнее таланта .

В его семье тоже много прекрасного. Возможно, именно это меня больше всего удивляет, учитывая, что Бобби был в позднем подростковом возрасте, в то время, когда большинство детей превращаются в безжалостных семейных вивисекционистов. Тем не менее, он посвящает страницу за страницей тому, как сильно он любит и восхищается Хелен, Боб-старший., и Джефф. Например, в мае 1995 года он написал, что узнал, что отец Боба-старшего был алкоголиком. Бобби понятия не имел. Он позаботился о том, чтобы не выдать мне чушь собачьей. , — писал Бобби о своем отце.

Он удостоверился, что у меня есть что-то получше, и только попросил, чтобы я старался изо всех сил. Это все, что он спросил. Это все, о чем просила моя мама. И я так сильно хочу, чтобы они гордились, даже больше, чем они уже есть. Они заслуживают гордости. Они заслуживают большего, чем я могу им дать, и все же они никогда не попросят большего, чем я.Я их очень сильно люблю.

Едва ли можно винить Хелен за то, что она хотела услышать то, что он сказал, когда стал молодым человеком.

Джен Миддлтон, будущая невеста Бобби после его смерти, не разговаривала с Макилвейнами почти два десятилетия. (Данна Сингер)

Джен Кобб, ныне Миддлтон, носит длинные волосы, а не стрижку в стиле пикси, но ее стиль и манера поведения остались прежними. Она по-прежнему оживлена, по-прежнему добрая, по-прежнему прекрасна на вид; когда я подхожу к ее двери в Вашингтоне, Д.С., она меня крепко обнимает. Есть собаки-спасатели, есть залитые солнцем комнаты, есть кухня прямо из фильма Нэнси Мейерс. (Я почти ожидаю, что Мерил Стрип выскользнет вверх с подносом с невыпеченными круассанами.)

Джен создала для себя то, что, судя по всему, является прекрасной жизнью. Но ей приходилось собирать эту жизнь по кирпичику, и она упорно работает, чтобы стыки не разошлись.

Когда я кратко поговорил с Хелен о Джен, она сделала проницательное наблюдение: Джен происходила из семьи с большим количеством денег, но небольшой любовью, в то время как у Макилвейнов было много любви, но мало денег.Джен говорит, что да, отчасти это правда, хотя ее мать была любящей душой; она просто не видела достаточно жизни Джен. Сьюзен Э. Кобб умерла 20 апреля 2001 года, менее чем на пять месяцев раньше Бобби, от рака, который распространялся медленно, а затем быстро.

То есть 11 сентября Джен уже была оболочкой самой себя.

Отец Джен, ее оставшийся родитель, был очень успешным, но только узко рациональным, хулиганом и крикуном. Это имело предсказуемые последствия в ее романтической жизни: Джен всегда требовала полного контроля.Ей перестали командовать.

Затем появился Бобби, прося большей уязвимости и общего мнения в их жизни. Почему-то она ему доверяла. Впервые они встретились пару лет назад в PR-фирме Burson-Marsteller, и в офисе он был известен как хороший парень, который заставлял всех чувствовать себя важными. Заядлый романтик, он заставил ее почувствовать себя важной, задавая вопрос за вопросом о ее семье, без всякой причины писал ей любовные записки. На ее 27-й день рождения, 6 декабря 2000 года, он попросил моего брата переставить мебель в их квартире, чтобы превратить ее в ресторан, где он приготовил для нее ужин из трех блюд.

«Мне показалось, что она говорила, что мое горе менее важно, чем ее», — сказала Джен. «Я помню, как подумал: , откуда она знает, что со мной все будет в порядке?»

Позже Джен узнает, что ужин был пробной версией предложения. На 20 октября 2002 года она задержала отель «Ритц-Карлтон» в Филадельфии.

Когда умерла ее мать, Джен едва могла функционировать. Ее мать защищала ее от отцовских бурь гнева; именно она болтала с ней поздно ночью после того, как Джен провела шумный вечер с подругами.И все же Бобби стойко оставался рядом с ней, делая невыносимое невыносимым. Он будет с ней на каждом этапе пути. Ее все равно будут любить.

Потом умер Бобби. Мир стал подлым, ненадежным местом. «Я не могла ничего контролировать», — говорит она. «Совсем ни о чем».

Джен хранит чемодан с вещами Бобби на чердаке над своим гаражом. В ожидании моего приезда она принесла его вещи в бирюзовой парусиновой сумке. Она начинает его перебирать.«Вот дневник, — указывает она. «То, что вызвало все эти проблемы».

Два других дневника Бобби занимали сотни страниц. Вскоре я узнаю, что в этой книге было всего 17 страниц записей. Вся эта возня из-за того, что было всего лишь брошюрой.

Опять же, это 17 плотных страниц.

Джен не помнит, как получала дневник от Боба-старшего. Но она помнит, как читала его сразу, жадно и возвращалась к нему ночь за ночью. Она тоже помнит, как Хелен просила его вернуть, хотя напряжение началось не сразу.Сначала все было хорошо. Хелен даже подарила ей обручальное кольцо, которое Бобби купил для нее. Это было неловко и бесцеремонно — «Он хотел, чтобы это было у тебя», — но Джен была благодарна и носила его повсюду в течение нескольких месяцев.

Однако в какой-то момент Хелен стала больше говорить об этом дневнике. «Оглядываясь назад, я не понимаю, в чем была моя проблема, — говорит Джен. «Я, вероятно, испытывал боль, а также пытался контролировать ситуацию и хотел чего-то от него, чего не было ни у кого. Сейчас это кажется смешным.Я просто так чувствовал себя в то время — что он был моим, и я хотел, чтобы он был моим, и я не хотел, чтобы это было у кого-то другого. Наверное, мне показалось, что это все, что у меня осталось ».

Джен и Бобби в 2001 году; кольцо, которым Бобби собирался сделать Джен предложение. (Данна Сингер; исходное фото любезно предоставлено Джен Миддлтон)

Что я должен был понять в те ужасные тяжелые дни, говорит Джен, так это то, что она не просто находилась в депрессии. Она была несчастна — «вдвойне горевала», как она выразилась, по матери, а затем и по своему будущему мужу.Когда ее мать и Бобби умерли одна за другой, она впала в глубокую депрессию, хотя изо всех сил старалась скрыть это. По сей день у нее до сих пор случаются приступы паники. «Когда что-то меня расстраивает, — говорит она, — это быстро идет под откос».

Я говорю, что все это имеет смысл. Единственное, что я не могу понять, — это почему она отказалась расшифровывать неличностные части дневника Бобби для Хелен. Это не поступок депрессивного или скорбящего человека. Это поступок злого человека.Она, должно быть, по какой-то причине обиделась на Хелен, не так ли?

Здесь Джен делает паузу. Затем она начинает оценивать свои слова. «Это совсем не удар по Хелен, — говорит она. «Я так за гранью этого. Но в то время я помню, как возмущался, что она сказала: «С тобой все будет в порядке, потому что ты молод». Джен осознала, что между их двумя поражениями есть разница. «Но мне показалось, что она говорила, что мое горе менее важно, чем ее. Я знаю, что это исходило от места сильнейшей боли, но помню, как подумал: Откуда она знает, что со мной все будет в порядке? Что, если у меня , а не , хорошо? Что делать, если у меня другое недомогание?

Одна вещь, которую нельзя сказать человеку, который скорбит, говорит мне Джен, — это то, что с ним все будет в порядке.Она могла бы добавить: «Ты тоже не говоришь этого человеку в депрессии». Депрессия делает это — убеждает вас, что с вами никогда не будет хорошо.

«Теперь я поняла, — говорит она. Конечно, Хелен была права. Джен снова нашла любовь. Но в то время она была убеждена, что нет. Она подумала о том, чтобы заморозить яйца. Однажды, в момент почти галлюцинаторной паники, она подумала, может ли она пропитаться ДНК Бобби из прядей волос, которые он оставил в расческе.

«Было бы лучше, если бы она сказала:« Это действительно отстой.И мне очень жаль. Скорее всего, вы кого-нибудь встретите ». Думаю, было просто лучше сказать это, — говорит она. «Однако она сказала, что это меня взбесило. Просто из-за моего личного дерьма ».

Я спрашиваю, возможно ли, что Хелен сделала такие вещи, хотя она могла сказать и несколько бесхитростных вещей. Может быть, Джен скучала по ним — или слышала оскорбления, которые необязательно предназначались как таковые, — потому что она выросла в доме, который нуждался в дополнительном комплекте детекторов угроз, учитывая непостоянство ее отца.

«Сто процентов», — говорит она. «Вероятно, я регрессировал в маленького, ну знаете, истеричного ребенка. Я был зол на мир. Конечно, она не собиралась причинять мне боль. Она самый милый человек ».

Она и Хелен больше похожи, чем они думают. Как и Хелен, Джен в то время считала, что она скрывает свое горе. Как и Хелен, она сегодня находит убежище в мысли, что душа Бобби где-то гремит. «Я действительно показываю здесь свою сторону ву-ву, — говорит она, — но я думаю, что он вернется, и я вернусь, и мы закончим наши незаконченные дела.

И, как Хелен, она научилась многое отпускать. Это один из самых безжалостных уроков, которым учит вас травма: вы не главный. Все, что вы можете контролировать, — это ваша реакция на любые гранаты, которые безумная вселенная бросает на вашем пути. Начиная с того, встаете ли вы с постели. «И именно здесь я буквально начала свой день», — говорит она. Годами.

Сегодня Джен решает передать мне дневник Бобби, когда я выхожу за дверь и возвращаюсь в Нью-Йорк. У нее нет никаких сомнений по этому поводу.Она говорит, что хотела бы получить обратно оригинал, но не торопится; Макилвейны могут читать все и делать столько фотокопий, сколько захотят.

«Я бы сделала это много лет назад», — говорит она мне. «Я все время думаю о них».

Перед тем, как уйти, я спрашиваю, помнит ли она, откуда взялась фраза « Жизнь любит» на . Она тупо смотрит на меня. «Я даже не помню, чтобы он говорил это . Это в книге, которая ему понравилась, или что-то в этом роде? » Я говорю, пробовал.Искал в Google Книгах. Неа. «Или это был гимн?» Гимны — не моя сильная сторона, но я так не думаю. Я говорю ей, что Макилвейны уверены, что Бобби где-то это написал, но неважно, это не ее проблема. Я буду искать.

Воспоминания о травматических переживаниях — вещь любопытная. Некоторые яркие; некоторые бледны; почти все они были исправлены в той или иной степени, большие или маленькие. Кажется, что в наших отобранных роликах нет рифмы или смысла. Мы помним тривиальное и забываем исключительное.Наши умы действительно имеют собственные умы.

Джефф, например, вспоминает, что Джен жила в доме его родителей полгода после смерти Бобби, в то время как Хелен говорит, что это была одна неделя, а Джен думает, что это, вероятно, два месяца.

Или вот еще одно: Джен вспоминает, что Джефф галантно спал в детской спальне Бобби, пока она оставалась с ними, чтобы ей не пришлось травмироваться, просыпаясь от всех вещей Бобби, в то время как Джефф вспоминает ее , спящую в спальне Бобби. спальня, и каждый день храбро просыпаться от всех вещей Бобби.

«Я знал, что если это разрушит мою жизнь , то вся его жизнь будет бесполезной», — говорит Джефф Макилвейн. «Я хотел очень много работать, чтобы у меня была хорошая жизнь». (Данна Сингер)

И самое странное: хотя никто не может вспомнить, откуда взялось Life loves на , все — и я имею в виду все (Джен, Джефф, Боб-старший и Хелен) — когда-то знали.

Это панегирик Джен. На основе дневника Бобби. Тот, который она хранила 20 лет.

«На прошлой неделе я искала какое-то утешение, чтобы пережить шок потери любви всей моей жизни», — сказала она скорбящим в церкви Королевы мира.«Я наткнулась на один из дневников Боба и, открывая его, сказала себе:« Пожалуйста, пусть здесь будет что-нибудь, что меня утешит »». Затем она описала, как нашла этот отрывок, который Бобби написал, когда ее мать умирала. . Она прочитала это вслух.

Умереть — это нормально. Это больно, это большая потеря, но это нормально. Жизнь любит дальше. Не бойтесь умирающих. Будьте к ним добры. И заботиться о них.

«Жизнь продолжается», — повторила она толпе. «Прочитав это, я поклялся, что в этот самый миг любовь продолжится в моей жизни, точно так же, как я пообещал маме, что никогда не позволю ей забыть.Это был способ продлить прерванную жизнь ».

Я знаю это только потому, что мой брат нашел копию панегирика Джен. Джен выбросила свой. Она, как она говорит, не спасатель.

Каким-то образом она полностью забыла эти слова, а также их происхождение. И Макилвейны тоже забыли, откуда они пришли, хотя Хелен носит их на браслете с гравировкой, а Боб-старший закрепил их на своей коже.

Тогда я вспомнил, что Хелен рассказывала мне о Джен: Она стала для меня неличным .Она сдержала слова. Но не Джен. В том же году она похоронила свою будущую невестку, как и своего сына.

Хелен недавно рассказала мне историю о длинных выходных, которые она провела с Джен, может быть, за 10 дней до смерти Бобби. Вся семья отдыхала в Кейп-Мэй. Она, Бобби и Джен сидели на пляже, глядя на волны, с Бобби посередине. Это был момент нежного блаженства. Хелен чуть повернулась к Бобби и провела рукой по его волосам. Но в тот самый момент, в ту самую секунду, Бобби повернулся, чтобы сделать то же самое с Джен.

Именно тогда Хелен поняла, что Бобби больше не ее. «Я сказала себе: . Тебе нужно пойти погулять и посмотреть недвижимость на пляже », — сказала она мне.

В ранних дневниках Бобби семья Макилвейнов может появляться повсюду. Но не в этом дневнике. Этот дневник в основном посвящен двум вещам. И одна из них — Джен.

18 февраля 2001 г .: Я очень люблю ее. Мы так хорошо общаемся. Мы так хорошо разрешаем раскол между нами. И все это много значит.

11 апреля 2001 г .: Я скучаю по Джен. «Большая» часть моей жизни или описания того, как много она для меня значит, недостаточны.

22 апреля 2001 г. (через два дня после смерти матери Джен): Мне очень жаль, Джен. Прошу прощения за твою боль. Я знаю, что это сложно. Я буду рядом с тобой — здесь, чтобы любить тебя, слушать тебя, обнимать тебя, когда тебе нужно плакать.

Неудивительно, что Джен не хотела расставаться с этим дневником. Или что она читала его каждую ночь.

Хелен сразу это узнала.Я отправил ей пару ксерокопий после того, как вернулся в Нью-Йорк.

«Работа с Джен была для меня огромной», — говорит она, когда у нас появляется возможность поговорить. «Я подумал об этом посреди ночи: она теряет парня, которого любит, и, что самое главное, любит ее. А где доказательство , что он ее любит? Я имею в виду, хорошо, мать дает ей кольцо. Это хорошо. Но есть такие чудесные слова: Я ее очень люблю ». Она восхищается. «Я никогда не думал об этом. Никогда.Что ей нужно это, это подтверждение ».

Она также узнает, чего не хватает в дневнике. «Он не сказал, Я тоже люблю своих родителей . Он сказал: Я очень люблю ее ». Бобби был взрослым.

Хелен теперь задается вопросом о своем поведении в те ужасные месяцы. Она пыталась показать Джен привязанность. Но у нее были только сыновья. Она не говорила дочери. И та сдержанность, которую она описывала мне ранее, сдержанность, которой я не верил, она была — это было очень реально.«Иногда случается, что у меня есть намерения, и я забываю сказать слова», — говорит она. «Она должна была угадать, что было у меня в голове».

Во всяком случае, теперь Хелен ясно видит один очень важный момент. «Джен не могла, даже если бы она была в хорошем настроении, сказать:« Хорошо, вот, я отдаю это ». Мне действительно пришлось бы как-то отдать ей хотя бы части этого. Это было не для меня. Я действительно имею в виду это. »

В течение многих лет Джен изображали злодеем за то, что она держалась за этот дневник.И все же, если бы она уже была женой Бобби или, возможно, его официальной невестой, не было бы споров. Но Джен была подвешена между мирами, без влияния или статуса. «Должно быть, это было ужасно», — говорит Хелен.

Последняя запись в дневнике Бобби датирована 6 сентября 2001 года. Она занимает всю страницу. Когда я впервые прочитал это, я был дезориентирован. Потом я понял, что это было. «Я чувствую себя совершенно неподготовленным. Мне репетировать? » начинается.

Это должно выглядеть примерно так: У вас есть несколько минут, чтобы поговорить? Во-первых, я хотел бы сказать, что это было приятно — или, может быть, большой опыт — или я сначала упомяну Джен? Или у меня сложились очень прочные отношения с Джен, и по ходу дела мне было здорово проводить время в Мичигане… ИЛИ… да, у меня был шанс сблизиться с Джен, и после многих очень серьезных размышлений , и, поговорив с ней тоже, я почувствовал, что пора взять на себя обязательство перед ней.ИЛИ — после долгих серьезных размышлений… И… из уважения к вам как главе семьи…

То, что я читал, было сценарием. Заполнено урывками, но в итоге он добрался до цели. Бобби изо всех сил пытался найти слова, чтобы сказать отцу Джен, которого он видел 9 сентября, и попросить ее руки.

В какой-то момент, вскоре после того, как Джен подарила мне дневник Бобби, я отправил своему редактору записку, в которой сообщил ему, что наконец-то нашел неуловимое Life loves на . Я сфотографировал проход и отправил ему.

Удивительный , — написал он.

Но тогда три пульсирующих точки в пузыре. Он все еще печатал.

Кроме… Я думаю, что это (своего рода) заблуждение. Иными словами, посмотрите, как он пишет свое «Я». Думаю, там написано: «Жизнь ** живет ** продолжается». Но точно сказать сложно

Сказать было нетрудно. Он был прав. Я снова просмотрел весь дневник. Буквально на предыдущей странице Бобби написал: «» Я слишком долго жил, не думая о «рынках», чтобы внезапно забеспокоиться о .Но похоже, что «Я слишком долго любил …» Его I выглядят задом наперед J , которые можно ошибочно принять за O , в то время как его настоящие O стоят отдельно, как детские луны.

Я написал Джен ту же фотографию, которую отправил своему редактору. Сначала она этого не заметила. Тогда она это сделала. Ее первоначальная реакция была такой же, как и у меня: тревога, отчаяние в форме ругательства. Тогда:

Все еще заставляет меня улыбаться
Я: Что значит?
Jen: Чтобы близкие ему люди видели и чувствовали то, что им нужно.И это нормально. Тебе известно?

Я сделал. Фраза определенно звучала так, как мог бы сказать Бобби . Это был очень Йода, и Бобби определенно был очень Йодой, извергая свои маленькие афоризмы о побуждениях человеческого сердца. Для меня это была разница между духом закона и буквой закона, или, может быть, то, что мы делаем, когда усиливаем цвет изображения на нашем iPhone. Мы не пытаемся создать подделку; мы пытаемся совместить изображение с тем, что уже живет в нашей памяти.

Мы всегда изобретаем и изобретаем мертвых.

Как ни странно, можно привести доводы в пользу того, что отказ Джен от ведения дневника все эти годы обернулся благом. Если бы она отдала его Хелен, возможно, Хелен бы спрятала его в сейфе на 10 лет и почти не читала, как и два других дневника. Или, может быть, она прочитала бы это, но у нее не было бы или прочитать.

Вместо этого Джен неправильно прочитала его, устроила хвалебную речь и передала семье Макилвейнов девиз организации их горя на 20 лет.

Я все еще сомневался, что не скажу Макилвейнам. Я имею в виду браслет, татуировку. Но вскоре после этого в телефонном разговоре с Хелен я уловил брешь. Я упомянул, что не был уверен, что собираюсь писать о Life loves на . Она быстро интуитивно поняла, что что-то не так. «Потому что это было от кого-то другого?» спросила она.

Вроде как, сказал я. И я объяснил.

Хелен это устраивало. Она видит невероятную красоту этого недоразумения, даже в том, что это был подарок.Но она допускает возможность того, что эта фраза все еще где-то скрывается. Она вспоминает это как Life , на самом деле любит на , с одной стороны. И не исключено, что я мог пропустить это на сотнях страниц первых двух дневников Бобби. Вероятно, есть и недостающие дневники — почему он перестал вести их в 1995 году и возобновил их в 2001 году?

Итак, кто может сказать?

В последней записи дневника Бобби, за несколько дней до 9/11, он
придумывал, как бы он попросил у отца Джен разрешения жениться на ней.(Йенс Мортенсен для The Atlantic )

L Ифе живет на , Жизнь любит на — для меня это не имеет значения. В найденном дневнике есть гораздо более прекрасные наблюдения, чем этот, и они зловещие, жуткие — гораздо более уместные для истории Макилвейнов после того, как Бобби ушел.

Потому что еще одна вещь, о которой его дневник, вторая вещь, — это горе.

Таким образом, дневник — это не просто капсула времени. Это хрустальный шар. По невероятной иронии судьбы Бобби провел свои последние несколько месяцев в размышлениях о том, что значит жить с утратой.Он видел через Джен, что это может сделать вас злым, раздражительным, лишенным кожи. Он видел, что горе может полностью поглотить. Он задавался вопросом, в чем польза всей этой печали, всех этих страданий. Почему нам так больно? он написал. Неужели человек, которого мы потеряли, хотел, чтобы все было именно так?

В какой-то момент он виновато пожелал, чтобы Джен просто сделала выбор и захватила контроль над тем, что она могла.

И все же где-то среди всех отрывков раздражения и страха — а многие из них довольно подробны — Бобби приходит к гораздо большему осознанию.Полагаю, это прозрение позволило ему придерживаться своего плана и попросить разрешения у отца Джен жениться на ней, хотя в те месяцы он серьезно сомневался, готова ли она. Это было 20 августа 2001 года.

Есть люди, которым я нужен. И это само по себе жизнь. Есть люди, которых я еще не знаю, которые нуждаются во мне. Это жизнь.

Для меня , что — самая глубокая цитата из восстановленного дневника. Этот — это Бобби в роли Йоды. Этот — это Бобби в самом лучшем виде, в его самом гуманном, самом зрелом. Он понимал, что наши обязательства друг перед другом — это то, ради чего мы здесь — , и что само по себе это жизнь . Даже когда эти обязательства непросты. Даже когда они причиняют нам боль.

Хочется сказать это. Но если у семьи Макилвейнов и был какой-то путь вперед, то он, вероятно, должен был пройти через Джеффа. Хелен старалась никогда не обременять его ожиданиями в отношении брака или детей — «Вы не можете поставить на другого ребенка», — говорит она мне, — и он это ценил.Но, думаю, именно благодаря Джеффу Боб-старший и Хелен начали пробираться сквозь тьму. Были люди, которых они еще не знали, и они нуждались в них. Среди этих людей были их четверо внуков. Самого старшего зовут Бобби.

В 22 года у Джеффа было глубокое понимание. «Я помню, как подумал в тот первый день: , я не могу позволить этому разрушить меня . Потому что тогда что бы подумал Бобби? Представьте, если бы он знал, что мои родители и его брат никогда не смогут выздороветь. Представьте себе, как плохо он будет от этого себя чувствовать.

Он рефлекторно отвечал на тот самый вопрос, который задал Бобби, наблюдая, как Джен борется со своим горем: Почему нам так больно? Неужели человек, которого мы потеряли, хотел, чтобы это было? У Джеффа был очень ясный ответ: Нет. У него слишком многое осталось от жизни. «Я знал, что если это разрушит мою жизнь, то — вся его жизнь будет бесполезной», — говорит он. «Я хотел очень много работать, чтобы у меня была хорошая жизнь».

Сначала было так тяжело.«Я помню, что чувствовал ответственность не умереть, что очень странно», — говорит он мне. В то же время он чувствовал себя виноватым за то, что был ребенком, который не умер, часто думая о последовательности сновидений в , Останься со мной , когда отец рычит: «Это должен был быть ты» своему выжившему сыну. На своей первой настоящей работе он никому не сказал, что его брат умер 11 сентября, потому что слишком много людей стремились поделиться своими глупыми историями об этом дне, всегда со счастливым концом. Это на годы задержало его способность горевать.

Но в конце концов он построил богатую, полноценную жизнь. Он женился на женщине, которая могла не только подавить его боль, но и войти в целую экосистему скорби. У него было четверо детей — четверо! два мальчика, две девочки — и о, какое облегчение от того, что не нужно сосредотачиваться на себе!

Я спрашиваю, было бы у него столько детей, если бы Бобби не было…

«Нет. Не думаю, что бы стал. Джефф потерял единственного брата и сестру. Он никогда не хочет, чтобы его ребенок оказался в таком положении, если молния когда-нибудь снова ударит. «Когда вы проходите через что-то подобное, — говорит он, — вы понимаете, что семья — это только .

Эти дети сейчас в центре жизни Макилвейнов — даже Боб-старший, выбравший путь ежедневных страданий. По мере того, как наш разговор заканчивался, он сказал кое-что, что меня ошеломило: этот год 20-летия — знаменательный для людей в его мире, наполненный телеинтервью и конференциями — может быть его последним активизмом 11 сентября.

Это самая проклятая вещь: мертвые покидают вас; затем, по прошествии времени, вы отказываетесь от мертвых.

Я не был уверен, что поверил этому. Я остаюсь неуверенным.Это его жизнь на протяжении 20 лет. Тем не менее: возможно, пришло время для перемен. «Мне надоело злиться», — сказал он мне. «Это красота моей жизни сейчас. Я действительно могу разделиться. Я действительно могу. Чтобы пообедать с Пенелопой… »

Пенелопа — его младшая внучка. Он и Хелен обедали с ней каждую среду после детского сада перед пандемией. Джефф, его жена и дети настолько сильно зависят от Боба и Хелен, что недавно сняли квартиру в пяти минутах от дома Джеффа, хотя живут менее чем в часе езды.

Хелен не может перестать иметь маленьких девочек в своей жизни. У них столько мнений! Иногда она все еще впадает в депрессию. У нее будет прекрасный момент, а затем она поймет, что Бобби здесь нет, чтобы поделиться им. «Но потом это уйдет», — говорит она. «Я имею в виду, необходимость — не у всех есть четыре внука».

Да. Быть нужным. Это все.

Бобби было бы 46 в этом сентябре. Джеффу снились яркие сны о нем и о том, как он их любил. Они снова стали братьями, просто разговаривали, возвращаясь к своим прежним ритмам и привычкам.Но ему редко снились эти сны. «Я не видел его 20 лет, понимаете?»

Он говорит, что иногда ему почти хочется променять свое нынешнее благополучие на страдания, которые он испытал 20 лет назад, потому что тогда Бобби было намного легче вызвать, а его чувственные воспоминания все еще были в пределах досягаемости. «Каким бы болезненным ни было 11 сентября, — объясняет он, — я видел его только 6 сентября».

Это самое проклятое: мертвые покидают вас; затем, по прошествии времени, вы отказываетесь от мертвых.

На самом деле неудивительно, что у Джеффа время от времени возникает эта фантазия, чтобы променять свое счастье всего на один шанс снова увидеть Бобби в более теплом оттенке. Как писал Бобби в последнем дневнике, страдание или его перспектива — это цена, которую мы готовы заплатить за заложенные нами облигации.

Хелен оказалась в тисках подобных мечтаний. Недавно она гуляла со своей хромой компанией, и, когда она огляделась вокруг стола, глядя с благодарностью на этих женщин, которые поддерживали ее все последние 20 лет, ей в голову пришла мысль.«Я подумал, Что, если бы Бог сказал:« Хорошо, послушайте, нам нужно перемотать назад ». Пройдем ли мы через все это снова?

Хотели бы они снова прожить свою жизнь, родить тех же детей, полюбить их, а затем потерять их во второй раз? «И я знаю, что каждый из них решительно сказал бы« да »».

Для Хелен ничто в этом мире не могло сравниться с опытом воспитания двух ее мальчиков. Один из них, Роберт Джордж Макилвейн, умер до того, как по-настоящему началась его жизнь.Но что бы она делала без него или он без нее? 26 лет она знала этого мальчика, заботилась о нем, любила его. Это была привилегия. Это был подарок. Это была горькая жертва. И это само по себе жизнь.


Эта статья появится в печатном издании за сентябрь 2021 года под заголовком «Двадцать лет прошло».

«Мы — единственный самолет в небе»

Журналист Гарретт М. Графф (@vermontgmg) — автор книги Единственный самолет в небе: устная история 11 сентября, и бывший редактор журнала POLITICO Magazine. С ним можно связаться по адресу [электронная почта защищена].

Почти каждый американец старше определенного возраста точно помнит, где он был 11 сентября 2001 года. Но для крошечной горстки людей эти воспоминания касаются истории американского президента. Вскоре после начала атак самого влиятельного человека в мире, который был проинформирован о взрывах во Всемирном торговом центре в классе Флориды, вывели на взлетно-посадочную полосу и отправили в самое безопасное место, которое могли придумать его кураторы: открытое небо.

В течение следующих восьми часов, когда американское воздушное пространство будет полностью очищено от самолетов, появится единственный бело-голубой Boeing 747 с бортовым номером 29000, в котором будет находиться около 65 пассажиров, члены экипажа и пресса, а также 43-й президент Джордж Буш, а также а также 70 упакованных ланчей и 25 фунтов бананов — пересекли восток Соединенных Штатов. На борту самолета президент Буш и его помощники спорили о двух конкурирующих интересах — необходимости вернуться в Вашингтон и успокоить нацию и конкурирующей необходимости защитить главнокомандующего.Все это время он и его сотрудники боролись с последствиями самой ужасной атаки на американскую землю за всю свою жизнь, принимая важные решения, имея лишь мимолетную информацию об атаках, разворачивающихся ниже. Буш изо всех сил пытался связаться с семьей и вице-президентом Диком Чейни в бункере Белого дома.

История тех замечательных часов — а также мыслей и эмоций тех, кто был на борту — изолированной в восьми милях над Америкой в ​​сопровождении трех истребителей F-16, летевших чуть ниже скорости звука, никогда не была подробно рассказана.

Эта устная история, основанная на более чем 40 часах оригинальных интервью с более чем двумя дюжинами пассажиров, членов экипажа и прессы на борту, включая многих, которые никогда публично не рассказывали о том, что они стали свидетелями в тот день, прослеживает историю того, как непроверенный президент , генерал с пистолетом, высшие помощники, секретная служба и врач Белого дома, владеющий Ципро, а также пять репортеров, четыре радиста, три пилота, два конгрессмена и стенографистка откликнулись на события 11 сентября.

Пролог

Энди Кард , начальник штаба, Белый дом : Мы проснулись в Сарасоте, Флорида, на курорте Колони.В воздухе витала ужасная вонь — красный прилив убил много рыбы, которую выбросило на берег. Я помню, как накануне вечером меня поразил запах, исходящий от Air Force One. Мы поехали ужинать в Тампу. Для президента Буша было необычно задерживаться так поздно, но это был расслабляющий вечер.

Ари Флейшер , пресс-секретарь, Белый дом : День не мог начаться лучше и красивее.

Гордон Джондро , помощник пресс-секретаря, Белый дом : День начинается очень нормально — президент выбежал на пробежку, а я собрал [прессу] пул с президентом.Я помню, как меня ужалила пчела, и я спросил доктора Табба, может ли он дать мне что-нибудь от опухоли. Он сказал: «Да, мы вам что-нибудь принесем, когда доберемся до самолета». Излишне говорить, что в тот день я сразу забыл об этом.

Соня Росс , репортер , Associated Press : Это была поездка для разнообразных садов. Это был персонал низшего ранга, и многие ведущие журналисты не приехали. Это была поездка в кусты.

Майк Морелл , краткая информация о президенте, Центральное разведывательное управление : Я вошел в его апартаменты [на утренний брифинг для разведки президента]; его окружали продукты для завтрака, и он не прикасался к ним.Он спросил меня, ходил ли я на пляж накануне вечером, и я сказал ему, что сразу пошел спать. Вторая интифада тогда шла полным ходом, и брифинги в то время были очень насыщены израильско-палестинскими вещами. Значительная часть брифинга этим утром была посвящена израильским вопросам. Одна вещь привлекла его внимание, и он снял трубку, чтобы позвонить Конди [Райс] и попросить ее ответить на этот вопрос. В брифинге не было ничего о терроризме. Это было очень рутинно — только он, я, Энди Кард и Деб Лёвер из ситуационной комнаты.

Энди Кард : Президент был в прекрасном настроении. В то утро у него была стойка Джорджа Буша.

B. Александр «Сэнди» Кресс , старший советник по вопросам образования, Белый дом : Целью поездки было образование. Он настаивал на том, чтобы ни один ребенок не оставался позади, когда Конгресс возвращался в Вашингтон. [Министр образования] Род Пейдж и я проинформировали его перед его выступлением для прессы. Был прекрасный день — мы были в его номере. Он был в очень хорошем настроении.Мы вышли из Овала, и он расслабился. Вероятно, это были его последние беззаботные моменты за его срок.

Andy Card : Я помню, как буквально сказал ему: «Это должен быть легкий день». Это были слова. «Это должен быть легкий день».

Начальная школа И. Эммы Букер, Сарасота, Флорида,

Ари Флейшер : Еще в 2001 году ни у кого не было iPhone или BlackBerry. У меня на поясе был этот высокотехнологичный пейджер — он был двусторонним: вы могли отправить один из 14 заранее запрограммированных ответов.На тот день это было довольно нарядно. Когда мы ехали к первой остановке дня, я получил страницу от Брайана Браво, который собрал отрывки из новостей Белого дома.

Брайан Браво , пресс-секретарь, Белый дом : Моя работа заключалась в том, чтобы просто просматривать новости — телевидение, канал AP, Bloomberg. Я просто проводил время за столом [в Белом доме], весь день сообщая новости персоналу Белого дома. У меня действительно был приятель из Нью-Йорка, который мне позвонил. Он работал в высокой офисной башне и видел первый сбитый самолет.Это была информация из уст в уста, но потом я увидел, что телевидение начало ее освещать. Чтобы добраться до пейджеров, которыми они пользовались тогда в дороге, мне приходилось разбирать любую историю до нескольких коротких слов. Я просто сказал: «Самолет врезался во Всемирный торговый центр». В тот момент никто не знал, что это значит.

Ари Флейшер : Я вышел [из кортежа], думая, что это, должно быть, какая-то ужасная авария.

Брайан Монтгомери , директор по продвижению, Белый дом : Когда подъезжает кортеж, я выхожу и бегу к лимузину — я всегда бегу к лимузину — и Марку Розенкеру, главе Военного ведомства Белого дома Офицер, говорит мне: «Доктор.Райс нужно поговорить с президентом ».

Ари Флейшер : Карл Роув сказал [президенту] первым.

Карл Роув , старший советник, Белый дом : Мы стояли возле начальной школы. У меня зазвонил телефон. Это была моя помощница Сьюзен Ролстон, которая сказала, что самолет врезался во Всемирный торговый центр — неясно, частный ли это, коммерческий, винтовой или реактивный. Это все, что у нее было. Босс был примерно в двух футах от меня. Он пожимал руку. Я сказал ему то же самое.Он приподнял брови, говоря: «Получите еще».

Дэйв Уилкинсон , помощник главного агента, Секретная служба США : Эдди Маринзел и я были двумя ведущими агентами при президенте в тот день. Начальник отделения вернулся в Вашингтон. Мы слышали: «В Нью-Йорке произошел инцидент».

Брайан Монтгомери : Там была группа студентов, все девушки в форме и учителя, все не обращавшие на это внимания. Они понятия не имели, что происходит.Президент был очень любезен и поприветствовал их, а затем сказал: «Мне нужно пойти и ответить на важный телефонный звонок». Он прошел в комнату ожидания и направился прямо к STU-III [защищенному телефону].

Ари Флейшер : Президента всегда ждет защищенный телефон, но за девять месяцев, что он был президентом, я не думаю, что мы когда-либо использовали его перед подобным мероприятием. Конди держался за него.

Энди Карточка : Мы стояли у дверей класса, когда подошел сотрудник и сказал просто: «Сэр, похоже, что двухмоторный винтовой самолет врезался в одну из башен Всемирного торгового центра.«Все мы говорили что-то вроде того, что такое трагедия. Помню, я думал о пассажирах — как сильно они, должно быть, волновались, когда понимали, что вот-вот должно было случиться. Прошла всего наносекунда, затем директор открыл дверь, и президент вошел в класс, чтобы встретиться со студентами.

Брайан Монтгомери : Мы пытаемся достать телевизор для трюмной комнаты — все, что мы смогли найти, это огромный 30-дюймовый телевизор на тележке с кроличьими ушами.

«Самое безопасное и опасное место в мире в одно и то же время»: нажмите, чтобы просмотреть галерею.| Президентская библиотека и музей Джорджа Буша

Дэйв Уилкинсон : Мы очень серьезно относимся ко всему, ко всему, что может повлиять на президентство. Мы начали разговаривать с экспертами еще в Белом доме. Никто ничего не знал. Мы спрашиваем себя: «Есть ли какое-то направление интереса к президенту?» Это фраза «направление интереса». Или это просто нападение на Нью-Йорк?

Сэнди Кресс : Я вернулся в комнату для СМИ. По поводу первого самолета был какой-то шум, люди смотрели его по телевизору.Затем по комнате для СМИ прокатилась давка, когда они увидели, как сбился второй самолет.

Представитель Адам Патнэм (R-Флорида) : Я был новеньким. Я был первокурсником [конгрессменом]. Мы зашли в медиацентр, когда должно было быть главное мероприятие, и ждем, когда президент и дети вместе прочитают в другой комнате. Мы столпились вокруг телевизора и смотрели, как сбился второй самолет.

Master Sgt. Дана Ларк , начальник отдела связи, Air Force One : Судя по всему, поездка должна была быть простой.Я завтракал с одним из навигаторов, и мы говорили о том, что завтракаем во Флориде и собираемся вернуться к обеду.

Полковник Марк Тиллман , президентский пилот, Air Force One : Мы все готовились, судя по расчетному времени вылета. Все мы уже явились в самолет.

Master Sgt. Дана Ларк : Там были два ТВ-тюнера, телевизионные тюнеры со всего мира [в моем рабочем пространстве на Air Force One].Они были похожи на уши кролика старой школы — частоты УВЧ и УКВ. У нас не было возможности настроиться на CNN, Fox или что-нибудь еще. Это был Today Show , самый сильный сигнал в тот день, и они показывают фотографии [Башен] с клубами дыма. Я видел второй удар самолета. Я сказал: «Вот дерьмо». Я просто все бросил и побежал вниз, чтобы сказать полковнику Тиллману: «Вы должны прийти и посмотреть на это».

Полковник Марк Тиллман : В этом не было никакого смысла. День ясный-миллионный.

Президент Джордж Буш участвует в демонстрации чтения утром во вторник, 11 сентября 2001 года, в начальной школе Эммы Э. Букер в Сарасоте, Флорида. | Президентская библиотека и музей Джорджа Буша

Staff Sgt. Уильям «Базз» Бузински , служба безопасности, Air Force One : Наша задача — защитить актив [Air Force One]. Секретная служба — это основная защита. Мы — защита активов. Мы охраняем самолет 24 часа в сутки, даже после отъезда президента.Один из передовых агентов [Секретной службы] рассказал нам о первом самолете. Затем, примерно через 17 минут, я вижу того же парня, мчащегося по взлетной полосе. Он сказал: «Еще один самолет врезался в башни». Я сразу понял, что это терроризм. Мы начали повышать безопасность вокруг самолета — сделали его более плотным пузырем.

Staff Sgt. Пол Жермен , оператор бортовой системы связи, Air Force One : Мы думали, что это было странно даже тогда, когда упал первый самолет.Люди, которые разбираются в самолетах, вот и все. Большие самолеты просто не врезаются в маленькие здания. Затем, как только врезался второй самолет, коммутатор загорелся, как рождественская елка.

Полковник Марк Тиллман : Все ожило. Мы были подключены к PEOC [бункер Белого дома] и JOC [Объединенный оперативный центр] для Секретной службы. Теперь они все по ссылке.

Энди Кард : Другой самолет попал в другую Башню. Я вспомнил три инициала: UBL.Усама бен Ладен. Тогда я подумал, что у нас там были люди из Белого дома — мой заместитель Джо Хейгин и группа в Нью-Йорке готовились к Генеральной Ассамблее ООН. Я подумал, что Джо, вероятно, был во Всемирном торговом центре, там, где находился офис секретной службы, в подвале.

Майк Морелл : Я действительно волновался, что кто-то собирался направить самолет в эту школу. Это мероприятие было запланировано на несколько недель, о нем мог знать любой. Эдди [Маринзель, ведущий агент Секретной службы] хотел убраться оттуда к черту как можно быстрее.

Член палаты представителей Адам Патнэм : Я слышу некоторые дебаты внутри персонала о том, как президенту нужно обращаться к нации. Они говорят: «Мы не можем здесь этого сделать. Нельзя делать это перед пятиклассниками ». Секретная служба говорит: «Вы делаете это здесь или не делаете совсем. У нас нет времени делать это где-нибудь еще. Нам нужно обезопасить его.

Дэйв Уилкинсон : Мы разговариваем с людьми в Белом доме, мы начинаем запускать кортеж, возвращать полицейских на мотоциклах, мы готовы к эвакуации в любой момент.Внезапно меня осенило: президент — единственный, кто не знает, что этот самолет врезался во второе здание. Для всех нас было неприятно то, что президент не знал. Мероприятие затягивалось, и вот тогда вышел Энди Кард.

Andy Card : Тысячу раз в день начальник штаба должен спрашивать: «Нужно ли знать президенту?» Это было легкое испытание. Как ни странно это звучит, когда я стоял там и ждал, чтобы поговорить с президентом, я размышлял о другом случае, когда мне нужно было быть спокойным: я был исполняющим обязанности главы администрации президента Джорджа Х.У. Буша, когда его вырвало премьер-министром Японии. В тот момент я был занят делом. Он отказался садиться в скорую — он не хотел, чтобы кто-нибудь видел, как президент садится в скорую, — а в лимузине он все еще болен, и ему становится плохо от меня. В отеле я достаю ламинат «на случай ЧП». Я просмотрел свой контрольный список. Я говорил людям: «Он не умирает, он все еще президент». Моя работа в тот день заключалась в том, чтобы быть спокойным, хладнокровным и собранным. Конечно, не такого масштаба, но я знал, что моя работа во время событий 11 сентября заключалась в том, чтобы сохранять спокойствие, хладнокровие и собранность.

Слева Джордж Буш звонит губернатору Нью-Йорка Джорджу Патаки, директору ФБР Роберту Мюллеру и вице-президенту Дику Чейни вскоре после того, как он узнает о нападениях 11 сентября в начальной школе Эммы Э. Букер. Глава администрации Белого дома Энди Кард разговаривает по мобильному телефону. Справа Буш смотрит теленовости, освещающие Нью-Йорк. | Президентская библиотека и музей Джорджа Буша

Карл Роув : Я помню, как [Энди Кард] остановился у двери, прежде чем войти, это казалось вечностью, но, вероятно, это была всего пара ударов сердца.Я никогда не понимал почему, но он сказал мне, много лет спустя, что ему нужно потратить немного времени, чтобы сформулировать слова, которые он хотел бы использовать.

Энди Карточка : Когда я стоял у дверей класса, я знал, что передаю сообщение, которое ни один президент не хотел бы слышать. Я знал, что мое сообщение определит момент. Я решил передать два факта и комментарий редакции. Я не хотел приглашать к разговору, потому что президент сидел перед классом. Я вошел в комнату, и Энн Комптон из ABC в пуле для прессы жестом сказала: «Что случилось?» Я махнул ей в ответ, два самолета разбились.Она жестом показала: «Что?» Затем учитель попросил учеников вынуть свои книги, и я воспользовался этой возможностью, чтобы подойти к президенту. Я прошептал ему на ухо: «Второй самолет врезался в вторую Башню. Америка находится под атакой ». Я отступил на пару шагов, чтобы он не мог задавать никаких вопросов. Студенты были полностью сосредоточены на своих книгах. Я помню, как подумал, на какой странной сцене мы стоим. Я остался доволен реакцией президента — он не внушал страха.

Эллен Экерт , стенографистка, Белый дом : В пресс-службе [Белого дома] работают шесть стенографисток.Один из нас всегда путешествует с президентом. Я всегда говорил, что печатаю быстро, чтобы зарабатывать на жизнь во всем мире. [В то утро] ничего не происходило, пока не вошел Энди.

Ари Флейшер : Чтобы Энди прервал президентское мероприятие, [мы знали], оно должно было иметь монументальные последствия. Вы просто этого не сделали.

Master Sgt. Дана Ларк : Все начало светиться. Мы видели, как Энди Кард шептал президенту на ухо. Мы все еще не знали, что, черт возьми, происходит.Мы просто следим за секретной службой и штатными радиоканалами. Это был хаос. Что дальше? Внезапно стали поступать и другие сообщения — взрыв в Белом доме, заминированный автомобиль в Госдепартаменте. На нас нападают. Мне было 35 лет. Моя военная карьера и мои взгляды — это, я думаю, холодная война, большой плохой советский медведь. Это была обширная атака. Может ли это быть национальное государство?

Гордон Джондро : Побывав в той комнате — а это не было проблемой до документального фильма Майкла Мура [ по Фаренгейту, ], было бы странно, если бы он вскочил и убежал из комнаты.В комнате не было похоже на вечность. Он дочитал книгу и вернулся в трюмную комнату.

Карл Роув : Когда президент вернулся в помещение для персонала, он сказал: «Мы на войне — дайте мне директора ФБР и вице-президента».

Пятничная обложка

Подпишитесь на лучшее письмо недели журнала POLITICO Magazine, которое доставляется вам на почту каждую пятницу утром.

Эллен Экерт : Когда мы выходили из класса, пейджеры у всех начали отключаться.

Представитель Адам Путнэм : Мэтт Кирк, наш представитель в Белом доме, сообщил [респ. Дэн Миллер (республиканец от штата Флорида), другой конгрессмен, путешествующий с президентской партией, и я]: «Сегодня мы можем быть единственным самолетом, возвращающимся в округ Колумбия». Он говорит нам, что если мы хотим прокатиться, нам нужно, чтобы нас никто не заметил. Если нас заметят, то обратно на борт нас не пустят. Нам нужно быстро быть незаметными, поэтому мы поехали и сели в кортеж. Вы могли видеть, как открываются окна и люки кортежа — видимое выражение вооружения, которое всегда окружает президента.

Карл Роув : Эдди Маринзель [из секретной службы] подошел к президенту, он сидел на одном из тех крошечных стульев для начальной школы, и Эдди сказал: «Нам нужно доставить вас в Air Force One и доставить в воздух. . » Они решили, что это может быть попытка обезглавить правительство.

Дэйв Уилкинсон : Мы пришли к компромиссу — Энди Кард сказал, что у нас есть целый зал в ожидании следующего мероприятия. Там, в Сарасоте, не было непосредственной угрозы, поэтому мы согласились [президент может сделать заявление перед нашим отъездом.]

Брайан Монтгомери : Это был страх неизвестности. Мы не знали, поместил ли кто-нибудь в школу биологический агент или химический агент. Он пошел в зрительный зал. Я помню, как смотрел на студентов, когда он сказал: «Америка подвергается нападению», и эти девушки, их лица говорили: «Что он нам говорит?»

Энди Кард : Он сделал очень краткое заявление, он начал, и я сразу съежился. Он сказал: «Я возвращаюсь в Вашингтон, округ Колумбия». И я подумал, ты этого не знаешь.Мы этого не знаем. Мы не знаем, куда идем.

Гордон Джондро : Я сказал прессе, что мы уезжаем прямо к кортежу. У нас есть такая шутка, в основном с фотографами — никакого забега. Бежать за президентом некуда. На этот раз я сказал им: «Ребята, нам придется бежать. Придется бежать к кортежу ». Едя по шоссе, наш 15-местный фургон еле успевал.

Дэйв Уилкинсон : Кортеж уехал оттуда, и мы очень агрессивно подошли к самолету.Информация разведки всегда отрывочна. Когда мы едем верхом, мы впервые слышим об угрозе президенту. Это ускорило ситуацию.

Член палаты представителей Адам Патнэм : На заднем дворе кортежа собрались все эти протестующие — это все еще было связано с пересчетом голосов — такие знаки, как «Шраб украл выборы».

Энди Карточка : В лимузине мы оба разговариваем по мобильным телефонам — он расстроен, потому что не может связаться с Доном Рамсфелдом. Это была очень быстрая поездка на лимузине.Мы не знали, что Пентагон только что подвергся нападению, поэтому нам не удалось поймать Рамсфелда.

Дэйв Уилкинсон : Мы попросили поставить на перекрестке блоки из двух кортежей. Двойные и тройные блоки. Не только офицеры-мотоциклисты, стоящие там с поднятыми руками, но и машины, фактически блокирующие дорогу. Теперь нас беспокоит заминированный автомобиль. Всю дорогу назад мы использовали лимузины как шутку, чтобы обезопасить президента. В аэропорту нас больше не беспокоит, что президент машет людям.Никаких рукопожатий, никаких объятий на прощание, это из кортежа, вверх по лестнице, мы просто не знаем, что, черт возьми, происходит.

Майк Морелл : Когда мы вернулись в самолет, он был окружен автоматами службы безопасности и секретной службы. Я никогда раньше не видел ничего подобного. Прежде чем мы смогли пересесть на борт, они повторно обыскали всех, не только прессу. Портфель Энди Карда обыскали, он стоял прямо передо мной в очереди. Они просмотрели мой портфель, наполненный всеми этими секретными материалами, но в тот день я не собирался возражать.

Полковник Марк Тиллман : Когда кортеж подъезжал, у меня уже работали 3 и 4 двигателя.

Andy Card : Когда дверь лимузина открылась, я был поражен, что двигатели на Air Force One работали. Обычно это протокол «нет-нет».

Базз Бузински : Вы никогда не потеряете волнение, увидев кортеж. Я сижу на черной лестнице и смотрю, как они подъезжают. Мне было интересно: «О чем думает президент? О чем думает Энди Кард? Что они делают, чтобы это произошло? » Вы могли это почувствовать.Вы могли почувствовать напряжение. На нашу землю напали. Это было видно по их лицам — Энди Кард, Ари Флейшер, президент.

Соня Росс : Они вывели собак, ищущих бомбы. Они пускали слюни на весь багаж. Все мои сумки были покрыты собачьей слюной.

Базз Бузински : Все, кроме президента и его старшего персонала, входят через черный ход, так что около 80 процентов пассажиров прошли мимо нас. Вы могли видеть страх и шок.Люди не могли поверить в то, что только что видели. Они не знали, что делать.

Сэнди Кресс : Попасть в самолет было иначе, чем когда-либо. Было много внимания к нашей репутации, к тому, кем мы были. Нам пришлось предъявить удостоверение личности и наш значок, а не только значок. И это при том, что экипаж знал большинство из нас.

Эрик Дрейпер , президентский фотограф, Белый дом : Секретная служба хотела посадить его в самолет как можно быстрее.Я подумал, что мне нужно прилепиться к президенту, как клей. Очевидно, я знаю, что это будет большой день. Моей целью было как можно быстрее найти его на борту, но Энди Кард сказал наверху лестницы: «Выньте батарейки из своего мобильного телефона. Мы не хотим, чтобы за нами следили «. Это меня воспитало. «Мы цель?» Я не думал об этом.

Полковник Марк Тиллман : Президент Буш поднимается по лестнице в Сарасоте, теперь вы видите, как он поднимается по лестнице каждый день, это знаменитое техасское чванство.В тот день он был сосредоточен. Без чванства. Он как раз поднимался по лестнице на грузовике. Он был человеком на миссии. Как только пассажиры садятся на борт, я запускаю [двигатели] 1 и 2.

Andy Card : Мы начинаем катиться почти до того, как президент войдет в апартаменты.

Представитель Адам Патнэм : Был один фургон, возможно, фургон прессы, который был припаркован слишком близко к крылу самолета. Я помню, как агент секретной службы бежал по проходу; они открыли черную лестницу, он сбежал вниз, чтобы двинуть грузовик.Он так и не вернулся на борт. Его не ждали.

Гордон Джондро : Мы взлетели, и это было что-то из [фильма] День независимости . Эта штука взлетела, как ракета. Лампы трясутся, они так сильно завели двигатели.

Карл Роув : [Col. Тиллман] поставил эту штуку на хвост — просто носом вверх, хвостом вниз, как будто мы катались на американских горках.

Эллен Экерт : Мы поднимались так высоко и так быстро, что я начала задумываться, не понадобятся ли нам кислородные маски.

Master Sgt. Дана Ларк : Это была неуверенность. Пока мы взлетаем, вы все еще получаете всю эту дезинформацию. Ваша голова кружилась, пытаясь понять, что же произошло на самом деле. Единственное, что мы знали наверняка, потому что видели это собственными глазами, — это то, что Всемирный торговый центр пострадал.

На борту Air Force One по пути на базу ВВС Барксдейл в Луизиане. На фото слева: Энди Кард; Ари Флейшер, пресс-секретарь; Блейк Готтесман, личный помощник президента; Карл Роув, старший советник; Дебора Лоуэр, директор ситуационного центра Белого дома, и Дэн Бартлетт, заместитель помощника президента.| Национальный архив США

Полковник доктор Ричард Табб , президентский врач, Медицинское отделение Белого дома : Люди, которые являются постоянным аполитичным персоналом — медицинское подразделение, летный экипаж, военный помощник, — все они хорошо разбирались в своих делах. планы действий в чрезвычайных ситуациях, независимо от того, кем был президент, но у них — у нас — еще не было отношений с политическим штабом. Это доверие все еще приходило. У каждой стороны совершенно разное мировоззрение. Вы строите эти отношения только со временем, а времени на это было не так уж много.Это достаточно сложно для любой администрации — но этот конкретный переход был таким коротким и уродливым, как и кампания 2000 года, — это было еще сложнее. Эти парни все еще пытались создать свое правительство. Все были взволнованы, потому что они только что возвращались с летних каникул и чувствовали, что собираются сделать все возможное.

Энди Кард : Я действительно думаю, что президент Буш — я знаю, что президент Буш вступил в должность 20 января 2001 года, — но ответственность быть президентом стала реальностью, когда я прошептал ему на ухо.Я искренне верю, что когда он обдумал то, что я сказал, я дал клятву. Сохранять, защищать и защищать Конституцию. Это не сокращение налогов, это не «Ни одного отстающего ребенка», не иммиграция, это клятва. Когда вы выбираете президента, вы хотите выбрать президента, который сможет справиться с неожиданностями. Это было неожиданно. Вот с чем в тот день боролся президент. Он осознал холодную реальность своих обязанностей.

Эрик Дрейпер : Вскоре после того, как мы поднялись на борт, я вижу, как [президент] выскакивает из кабины, он идет по проходу.Он говорит: «Хорошо, ребята, это то, за что нам платят». Я никогда этого не забуду.

Энди Карточка : Еще до того, как мы покинули школу, Секретная служба боялась, что мы не знаем, что там происходит. Когда мы садились в самолет, кто-то выбрал отсылку к «Ангелу». Это кодовое название Air Force One. Кто-то сидит без дела с ракетой «Стингер»? Кто-то ждал нас в Эндрюсе? Марк [Тиллман] не хотел лететь нас обратно в Вашингтон.

Карен Хьюз , директор по связям с общественностью, Белый дом : 10 сентября была моя годовщина, поэтому я остался в Вашингтоне.У меня было запланировано провести мероприятие Habitat for Humanity с [министром жилищного строительства и городского развития] Мелом Мартинесом, на котором мы должны были носить синие джинсы. Президент Буш не разрешил носить синие джинсы в Западном крыле, поэтому я просто планировал провести утро дома. Когда начались нападения, вице-президент послал военного водителя забрать меня и отвезти в Белый дом, потому что улицы округа Колумбия были забиты.

Майор Скотт Крогг , Пилот F-16, позывной «Hooter», 111 -я истребительная эскадрилья , Хьюстон : Я только что вышел из строя на Эллингтон-Филд [в Хьюстоне], обычно мы снимаем 24 часа. часовые оповещения, в основном о запрете на наркотики.Я только что лег обратно в кровать, смотрел телевизор и видел сообщения о том, что самолет врезался в башню. Меня это заинтриговало, как пилота авиалинии, пилота противовоздушной обороны и начальника управления 111-го полка. Я хотел не ложиться спать, чтобы посмотреть, что произошло. Затем, когда врезался второй самолет, все сомнения исчезли. Пришлось вернуться к работе.

II. В воздухе, где-то над Мексиканским заливом

Личная каюта и кабинет президента, «Овальный кабинет в воздухе», находятся в передней части самолета Air Force One на главной палубе; лестница ведет на кабину экипажа и комнату связи.В других каютах размещаются медпункт Белого дома, персонал, гости, охрана, пресса и команда.

Полковник Марк Тиллман : Первоначальный разговор был о том, что мы отвезем его на базу ВВС, которая находится не менее чем в часе езды от Вашингтона. Может, давай попробуем доставить его в Кэмп-Дэвид. Все изменилось, когда мы узнали, что в сторону Кэмп-Дэвида летит самолет.

Взлетел, вылез, наверное, 25 000 на 30 000 — отдал дублирующему пилоту. В тот день у меня на борту было три пилота.Я сказал, продолжай лететь в сторону Вашингтона.

Ари Флейшер : Когда мы вылетали из Сарасоты, мы смогли получить некоторый телевизионный прием. Они сломались ради рекламы. Я не мог в это поверить. Включается реклама об выпадении волос. Я помню, как подумал, посреди всего этого, я смотрю рекламный ролик о выпадении волос.

Полковник Марк Тиллман : Центр Джэксонвилля [Служба управления воздушным движением] предупреждал нас о неопознанном самолете в этом районе. Я сказал, давай изменим направление и посмотрим, последует ли оно.Это не так.

Энди Кард : Блейк Готтесман был моим личным помощником, но в тот день он исполнял обязанности помощника президента. Я сказал: «Блейк, твоя работа — следить за тем, чтобы люди не заходили в номер». Никто не подходит, если их не позовет президент.

Ари Флейшер : Мы получили сообщение о том, что в США все еще летают шесть самолетов, которые не отвечают и все еще могут быть угнаны. Мы думаем, что в небе еще шесть ракет.Мы получаем сообщение, что самолет «упал недалеко от Кэмп-Дэвида».

Карл Роув : Мы с Энди вместе с президентом. Президенту звонит Чейни — мы не знали, кто это был в то время, мы просто знали, что зазвонил телефон. Он сказал «да», затем он прислушался. Потом еще одно «да». Весь день у вас было нереальное чувство времени. Не знаю, 10 секунд это или две минуты. Затем он сказал: «У вас есть мое разрешение». Затем он еще немного прислушивается.Он закрывает разговор. Он поворачивается к нам и говорит, что только что разрешил сбивать угнанные авиалайнеры.

Я никогда раньше не слышал слова «обезглавливание».

Andy Card : Президент сидит за своим столом, а я сижу прямо перед ним. Я был свидетелем того, как президент разрешил Воздушной национальной гвардии сбивать угнанные авиалайнеры. Разговор был отрезвляющим. Что меня поразило, так это то, что как только он повесил трубку, он сказал: «Я был пилотом Национальной гвардии и был одним из тех, кто получил этот приказ.Я не могу представить себе этот заказ ». Это была большая степень реальности, чем могли бы испытать многие другие президенты.

Карл Роув : Он был таким беспристрастным. Днем он был так естественно спокоен.

Дэйв Уилкинсон : Мы не ожидали обрыва связи. В тот день все виды общения были поставлены под сомнение. Даже президенту, разговаривавшему с ситуационной комнатой, был брошен вызов. Сеть связи не выдержала.

Master Sgt. Дана Ларк : Все коммуникации, которые у нас обычно есть, некоторые из них больше не доступны. У нас есть несколько систем — коммерческих и наземных — и все они забиты. У меня появилось туннельное зрение: что, черт возьми, происходит? Кто-то саботировал нашу связь? Только позже я понял, что все коммерческие системы просто переполнены. Это были все те же системы, которые летчики самолетов использовали одновременно, разговаривая со своими диспетчерами. У нас, как у Air Force One, не было более высокого приоритета, чем у American This или United That.

Полковник Марк Тиллман : Мы начали использовать военные спутники, которые мы будем использовать только во время войны.

Ари Флейшер : Я никогда раньше не слышал слова «обезглавливание», но такие люди, как Энди, который был там во время холодной войны и прошел обучение, он знал, что происходит. Обучение и образ мышления военных и секретной службы сильно различаются, но это была психология и настроение, которые укоренились на борту Air Force One.Там все еще есть ракеты, и Секретная служба говорит президенту: «Мы не думаем, что для вас безопасно возвращаться в Вашингтон».

Майор Скотт Крогг : Было очень мрачно [на авиабазе]. Мы получили эти загадочные сообщения из Юго-восточного сектора ПВО. Мы знали, что сейчас на крючке — это может быть не для Air Force One, а для чего угодно. Хьюстон является пятым по величине региональным метрополитеном, здесь есть вся эта нефтегазовая инфраструктура. Я попросил техобслуживания поставить боевые ракеты и вооружить орудия.Две ракеты с тепловым наведением и снаряды из 20-мм пушки — не так уж много для борьбы с угнанным самолетом, но это было лучшее, что мы могли сделать.

Энди. Карточка : Потом мы слышим, что рейс 93 упал. Мы все задаемся вопросом, Мы это сделали? В самолете ничего особенного не было. Это глубоко запомнилось президенту. Большинство людей в самолете не участвовали в этом разговоре.

Полковник Марк Тиллман : Мы все думали, мы предполагали, что сбили его.

Master Sgt. Дана Ларк : Все люди подходили к коммуникационной палубе с различными запросами, подходит агент секретной службы и говорит: «Президент хочет знать статус первой семьи». У него было такое выражение лица. Я должен сказать ему, что у меня нет возможности узнать. Я не могу понять, как это было для президента.

Дэйв Уилкинсон : Как только мы услышали, что самолет врезался в Пентагон, мы сказали: «Что ж, мы не собираемся возвращаться в Вашингтон.Все дело в этом «направлении интереса». Вначале угроза находится прямо сейчас в Нью-Йорке. Затем самолет врезался в Пентагон, и это было около наших правительственных кресел. Слыша все это, мы думаем, что чем дальше от Вашингтона, тем в большей безопасности.

Полковник Марк Тиллман : Мы получили отчет, что звонят и говорят: «Следующим был Ангел». Сейчас никто не знает, откуда пришел этот комментарий — его неправильно перевели или запутали в Белом доме, Ситуационной комнате, у радистов.«Ангел» было нашим кодовым именем. То, что они знали об «ангелах», ну, надо было быть во внутреннем кругу. Для меня это было большим делом. Пора было присесть и обзавестись хорошим оружием.

Майор Скотт Крогг : Мы отправили два истребителя защищать Air Force One.

Полковник Марк Тиллман : Теперь наша безопасность на высоте, но у нас была пресса на борту, была пресса, которая не была частью нашей обычной разъездной группы. Ставим копа у подножия лестницы.Наверх никого не пускали. Мы никогда раньше этого не делали.

Базз Бузински : Уилл Чендлер [старший офицер службы безопасности ВВС] был вызван на фронт. Затем он остался там, обеспечивая безопасность на лестнице в кабину. Это заставило нас задуматься: есть ли внутренняя угроза? [Полковник Тиллман] отправляет кого-то в кабину экипажа. Вы просто не знаете, кто есть кто.

Staff Sgt. Поль Жермен : Полковник Тиллман говорит в этот момент: «Давайте немного покатаемся вокруг Персидского залива.«Это был наш Перл-Харбор. Вы тренируетесь для ядерной войны, а потом попадаете в нечто подобное. Все деньги, которые они вложили в нас на обучение, сработали. Мы могли читать мысли друг друга.

Базз Бузински : Уилл [Чендлер] сказал нам: «Ребята, это наше время. Постоянная 100-процентная безопасность. Мы должны вернуть президента ».

Дэйв Уилкинсон : Полковник Тиллман поднял нас на высоту, где, если бы к нам приближался самолет, мы бы знали, что это не ошибка.Разговаривая с ним, я был уверен, что в воздухе нам безопаснее, чем где-либо на земле.

Полковник Марк Тиллман : Я поднял нас на высоту 45 000 футов. Это примерно столько, сколько может поднять Боинг 747. Я решил, что хочу быть выше всех остальных воздушных судов, тем более что все спускались на посадку.

Энн Комптон, репортер, ABC News : Мы стояли в кабине прессы. Многие люди слишком нервничали, чтобы сесть. Агент Секретной службы был в проходе, он указал на монитор и сказал: «Посмотри туда, Энн, мы на высоте 45 000 футов, и нам некуда идти.”

Карл Роув : Была злоба. Президент Буш не повышает голоса. Он не стучит по столу. Но пока мы пересекали полуостров Флорида, они [Энди Кард и Том Гулд] продолжали возражать [по поводу возвращения в Вашингтон]. В какой-то момент позвонили Чейни и Рамсфелд [и посоветовали не возвращаться в Вашингтон].

Ари Флейшер : Энди встал на сторону Секретной службы. Оглядываясь назад, становится совершенно очевидно, что вы не сбрасываете Air Force One в известном и предсказуемом месте, когда атака все еще продолжается.Вы сохраняете должность президента. Это было довольно просто.

Дэйв Уилкинсон : Он весь день боролся с нами за то, чтобы вернуться в Вашингтон. Мы практически отказались его забирать. Мы смотрим на то, что по федеральному закону Секретная служба должна защищать президента. Желания этого человека в этот день вторичны по сравнению с тем, чего от нас ожидает закон. Теоретически это не его призыв, это наш призыв.

Эрик Дрейпер : У вас были Том Гулд, Энди Кард и пара парней из секретной службы, которые говорили, что вы не можете вернуться в Вашингтон.Он был явно разочарован и очень зол. Я был всего в нескольких футах от меня, и мне казалось, что он смотрит сквозь меня. Это было действительно интенсивно. Он просто отвернулся в гневе.

Карл Роув : Вошел Гулд и сказал: «Мистер Роув. Президент, у нас нет полной заправки. У нас на борту слишком много посторонних людей. Если нужно, мы не можем слоняться над Вашингтоном ». Он предложил: давайте отправимся на военную базу, высадим ненужный персонал, заправимся топливом и проведем повторную оценку. Президент получил аргумент, но ему это не понравилось.

Ари Флейшер : У нас в самолете не было спутникового телевидения. Новости то и дело приходили и уходили. Так что я не знал о наказании, которое получил президент за то, что не вернулся в Вашингтон. Все ведущие спрашивали: «А где Буш?» Они моментально раскритиковали его.

Соня Росс : Мы не знали, куда мы идем, но они, должно быть, кружили, потому что мы продолжали смотреть местную трансляцию с входящей и исходящей станции Флориды.Это было наше крошечное окно во внешний мир.

Master Sgt. Дана Ларк : У нас была ограниченная связь, это точно, но президент и Air Force One никогда не оставались без защищенной связи. У нас было всего две строчки — одна для президента и одна для военного. Мы никогда не теряли связи полностью. Все остальные сотрудники или другой агент секретной службы, мы просто не могли предоставить им звонки, в которых они нуждались. Пару раз вице-президент был недоступен, но мы никогда не теряли связь с землей.

Энди Кард : Одной из первых мыслей президента, от Сарасоты до Барксдейла, был Владимир Путин.

У Америки не могло быть лучшего союзника во время событий 11 сентября, чем Россия и Путин ».

Гордон Джондро : [Путин] был важен — все эти военные системы были задействованы для оповещения о ядерной опасности. Если мы придем в состояние боевой готовности, нам нужно, чтобы Путин знал, что мы не готовимся к нападению на Россию. Он был великолепен — он сразу сказал, что Россия не ответит, Россия отступит, что он понимает, что мы подвергаемся нападению и должны быть начеку.

Ари Флейшер : Путин в тот день был фантастическим человеком. В 2001 году он был другим Владимиром Путиным. 11 сентября -го 1162 года у Америки не могло быть лучшего союзника, чем Россия и Путин.

Эллен Эккерт : Мы смотрели, как второй самолет упал на повторе. То, что случилось, меня еще не поразило, пока я не увидел, как сбил второй самолет. Я помню, как подумал: «Святая Богородица». Я сидел рядом с прессой, и они сказали: «Иди, узнай, что происходит.«Я говорю:« О, да, они собираются рассказать стенке о том, что происходит ». Ари вернулся в кабину для прессы и сказал: «Пожалуйста, никому не звоните, пожалуйста, не говорите никому, где мы находимся в целях национальной безопасности, сохраните наше местонахождение». Все говорили: «Абсолютно точно, как президент?» Все были действительно послушны.

Соня Росс : Кхуэ Буй [один из фотографов] сидел передо мной на корточках, и мы говорили о наших семьях, людях, которых мы знали в Нью-Йорке. Мы с Энн [Комптон из ABC News] пытались придумать временные рамки — который был час, когда Энди Кард вошел и прошептал президенту.Время между мной и Энн было примерно две минуты. Мы слушали телевизор через наушники, но особо не обращали внимания. Затем я услышал, как репортер сказал: «Башня рушится». Я посмотрел телевизор и был полностью шокирован. Я услышал щелчок камеры Кху.

Эрик Дрейпер : Мы были в кабинете президента, когда рухнули Тауэрс. Вы знали, что гибель людей будет катастрофической. В комнате было действительно тихо. Энди Кард, Ари и Дэн Бартлетт были там.Вот изображение президента, положившего руки на бедра и смотрящего. У Дэна был друг, который работал в Тауэрс. Он был очень эмоциональным. Все снимались один за другим, а президент просто стоял один и смотрел, как облако расширяется.

Master Sgt. Дана Ларк : Были времена, когда эмоции только усиливались. Просто то болезненное чувство, это горе. Это был непреодолимый стресс, например, когда умирает друг или член семьи. Это самое близкое, что я могу объяснить, каково это было в тот день.

Энди Карточка : Я спросил военных помощников: «Куда мы идем?» Я хочу варианты. Мне нужна длинная взлетно-посадочная полоса, безопасное место, хорошая связь. Они вернулись и сказали, что авиабаза Барксдейл. Я сказал: «Не говори никому, что мы идем».

Дэйв Уилкинсон : Полковник Тиллман сказал: «А как насчет Барксдейла?» Это было примерно в 45 минутах езды. Мы обсуждали это, это идеальный компромисс — он близко и надежно, и мы можем выпустить туда много пассажиров. Нам нужно было где-то, где есть бронетехника.

Буш совещается с Карлом Роувом, Энди Кардом, Дэном Бартлеттом и Ари Флейшером (слева направо) перед выступлением на базе ВВС Барксдейл в Луизиане. | Национальный архив США

Andy Card : Я вошел в каюту президента и сказал президенту: «Мы едем в Барксдейл». И он сказал: «Нет, мы возвращаемся в Белый дом». Он был очень горяч со мной. «Я принимаю решение, мы возвращаемся в Вашингтон, округ Колумбия». Он тверд, насколько это возможно. Я просто повторял: «Не думаю, что ты хочешь принимать это решение прямо сейчас.Он ходил взад и вперед. Это был не один разговор, это было пять, шесть, семь разговоров. Он был действительно разочарован мной.

Эрик Дрейпер : Я помню, как следил за президентом и Энди Кардом в носу самолета, в кабину президента. У них очень жаркая дискуссия по поводу возвращения в Вашингтон. Они спорят, но в то же время заставляют президента отвечать на телефонные звонки. Они смотрят прямые трансляции новостей. Это был контролируемый хаос.

Энди Кард : Мы все думали об очень убедительной идее, что это еще не все.Есть самолет, направляющийся в Лос-Анджелес? Самолет летит в Чикаго? Что-то в поезде? Есть ли заминированный грузовик, движущийся по мосту Джорджа Вашингтона? У нас было много беспокойства по поводу самого Белого дома. У нас даже был туман войны, когда мы пытались понять, что происходит в Белом доме. Пожар в офисном здании Эйзенхауэра — ну, был, но только в мусорном баке.

Полковник Марк Тиллман : Мы просили поддержки истребителей. Мы слышали: «В ваши 7 часов у вас быстро движется.«Это были сверхзвуковые F-16 из охраны президента. Они привели нас в Барксдейл.

Master Sgt. Дана Ларк : Мы летаем, все, что у нас есть, — это местное телевидение. Единственным преимуществом было то, что все, что транслировалось, транслировало атаку. Во что бы я ни заперся, все будет хорошо, пока мы не вылетим из зоны досягаемости. Мы пытались понять по этим картинкам, как и все остальные. Это был полный сдвиг парадигмы по сравнению с тем, что я думал о конфликтах и ​​войнах в детстве. Это была новая эпоха.

Сэнди Кресс : Было много споров о том, кто это сделал. Никто ничего не знал. Но это было много разговоров и некоторого страха. Я помню, как самолет пересекал Персидский залив. Мы знали, что планы и направление изменились, но что-то отвлекало самолет.

Представитель Адам Патнэм : [Rep. Мы с Дэном Миллером] поднялись в каюту президента, и он провел для нас брифинг. Он сказал нам, что «так или иначе» все, кроме пары самолетов, были учтены.Это была его фраза «так или иначе». Он сказал нам, что Air Force One направлялся в Барксдейл и собирался высадить нас там. Когда мы вышли из хижины, я повернулся к Дэну и сказал: «Тебе не показалось, что это странная фраза?» Он этого не заметил. Я сказал: «Так или иначе», похоже, дело не только в этом ». Я сказал: «Как вы думаете, есть ли способ, которым мы их сбили?» Мы остались висеть.

Генерал-лейтенант Том Кек , командир, база ВВС Барксдейл, Шривпорт, штат Луизиана.: Я был командиром 8-го -го военно-воздушных сил . Мы были в разгаре этого большого ежегодного учения под названием GLOBAL GUARDIAN. Они загрузили все бомбардировщики, вывели подводные лодки в море, поставили межконтинентальные баллистические ракеты почти на 100 процентов. Это было обычным делом, вы делали это каждый год.

Капитан похлопал меня по плечу и сказал: «Сэр, у нас только что самолет врезался во Всемирный торговый центр». Я начал поправлять его, сказав: «Когда у вас есть ввод для упражнения, вы должны начать со слов:« У меня есть ввод для упражнения.«Таким образом, его не путают с реальным миром». Затем он просто указал мне на экраны телевизоров в командном центре. Вы могли видеть, как дым выходит из здания. Как и все в авиации в тот день, я подумал: «Как в ясный день с миллионами человек мог попасть во Всемирный торговый центр?»

Карен Хьюз : Так как я была дома, я видела довольно много телетрансляций, точно так же, как это видели американцы, и я поняла, что это выглядело так, как будто американское правительство колебалось.Я разговаривал по телефону со своим начальником штаба в Белом доме, когда ей сказали эвакуироваться. Я действительно видел, как горит Пентагон. Но я знал, что многие правительства функционируют: самолеты останавливаются, планы действий в чрезвычайных ситуациях выполняются. Я подумал, что кто-то должен сказать это американскому народу, поэтому я хотел поговорить с президентом.

Когда я позвонил оператору, чтобы попытаться связаться с Air Force One, оператор вернулся на линию и сказал: «Мэм, мы не можем связаться с Air Force One.Мэри Маталин сообщила, что самолету угрожает опасность. Это было просто ужасно. На долю секунды я так забеспокоился.

Гордон Джондро : Я сидел напротив Майка Морелла за столом в служебной каюте. Я спросил: «Майк, что-нибудь еще произойдет?» И он сказал: «Да». Это был настоящий удар по животу. На нас собирались нападать весь день. Было так много слухов — о Госдепартаменте, торговом центре, Белом доме.

Брайан Монтгомери : Я спросил [Майка Морелла], о ком он думает.Он сказал «УБЛ». Без колебаний. «Кто такой UBL?» Те из нас, кто не знает жаргона Лэнгли, понятия не имели.

Майк Морелл : Президент позвал меня в свою каюту. Он был забит людьми. Демократический фронт освобождения Палестины заявил об ответственности за нападение. Президент спросил меня: «Что ты знаешь об этих парнях?» Я объяснил, что у них долгая история терроризма, но у этой группы нет возможности для этого. Гарантированно.

Когда я уходил, он сказал мне: «Майкл, еще кое-что.Позвоните Джорджу Тенету и скажите ему, что если он узнает что-нибудь о том, кто это сделал, я хочу узнать об этом первым. Понял?» Я сказал: «Да, сэр».

Соня Росс : Я получила первый отчет [отчет] от Ари. Ответы, которые мы получали, были довольно неполными. Ари и его команда давали нам наилучшие ответы, которые могли. Я нервничал. Я думал — это кажется действительно болезненным — но я думал: «Что, если они придут за президентом? Мы все превращаемся в «и еще 12 человек». Никто не знает вашего имени, если вы сойдетесь с президентом.Но Эрик Вашингтон, он был звукорежиссером CBS, у него было откинуто сиденье и подняты ноги. Он сказал: «Что тебя беспокоит? Вы находитесь в самом безопасном самолете в мире ».

Air Force One был самым безопасным и самым опасным местом в мире в одно и то же время ».

Гордон Джондро : [Air Force One] было одновременно самым безопасным и самым опасным местом в мире.

Карен Хьюз : Когда я наконец добрался до Air Force One и поговорил с президентом, первое, что он сказал мне, было: «Ты не думаешь, что мне нужно вернуться?» Он просто хотел вернуться.Я сказал ему: «Да, как можно скорее». У всех разные роли, и я не думал о стороне национальной безопасности — я просто думал об этом с точки зрения пиара.

Энди Карточка : Марк [Тиллман] сказал: «Меня не волнует, что он говорит, я отвечаю за самолет».

Дэйв Уилкинсон : Президент однажды сказал мне, что самый важный совет, который он получил от своей матери, когда стал президентом, — это всегда делать то, что говорит Секретная служба. Я напомнил ему об этом несколько раз в тот день.Мы с президентом знали друг друга очень хорошо — мы провели много часов на его ранчо — и, как бы насмехаясь, несколько раз в тот день я сказал: «Помните, что говорила ваша мать».

Ари Флейшер : Одна из повторяющихся тем 11 сентября — насколько первоначальные сообщения были неправильными. Я помню об этом каждый день, наблюдая за президентом Обамой и мировыми событиями. В обычных ситуациях в правительстве много чинов и много фильтров, так что до президента доходит только то, что проверено и жизненно важно.Все это сломалось 11 сентября. Никто из сотрудников службы безопасности не хотел проявить халатность, не передавая информацию. СМИ тоже были частью этого. Все эти фильтры вышли из строя.

Andy Card : Туман войны реален. Вы можете попасть в автомобильную аварию, и у всех участников автокатастрофы разные взгляды. Возьмите это и умножьте на миллион раз. Первые оценки потерь были далекими. 10 000 человек в Нью-Йорке, 1 000 человек в Пентагоне.

Master Sgt.Дана Ларк : На верхнюю палубу поднималось так много людей, потому что мы не брали телефоны внизу. Слишком многолюдно. В конце концов, кто-то подошел и сказал всем выйти. Единственный член персонала, который был с нами, была Харриет Майерс — она ​​сидела на одном из кресел CSO с блокнотом для записи исторических данных.

Andy Card : Президент интересуется своей женой, детьми, родителями. Затем он задается вопросом, а есть ли другой город? Что дальше? И мы все думаем, что ничего не можем с этим поделать.Мы в самолете на высоте восьми миль в небе.

Дэйв Уилкинсон : Мы вызвали Марка Розенкера к носу самолета и сказали ему, чтобы он связался с нами по телефону с командиром в Барксдейле. Он дал нам полную уверенность, что база будет заблокирована.

Энди. Карточка : Меня утешило то, что Барксдейл уже был начеку. Это будет безопасно. Ни один случайный террорист не нанес бы на карту, что Барксдейл был тем местом, куда собирался отправиться президент. Нам не нужно было звонить в колокольчик, и все выбегали из пожарной части.Все уже вышли.

Генерал-лейтенант Том Кек : Мы уже проходили практику УГРОЗА Дельта, состояние самой высокой угрозы. Я сказал, запри ее по-настоящему. Вошел мой заместитель, подполковник Пол Тиббетс — его дед был пилотом, который летал на Enola Gay [который сбросил атомную бомбу на Хиросиму]. Он сказал мне, что в THREATCON Delta генералы должны носить личное оружие. Я пытался отказаться, но он настоял. Так что я носил свое личное оружие, чего никогда не делал.

Мы получили запрос по радио — Код Альфа — входящий самолет с высоким приоритетом.Ему требовалось 150 000 фунтов бензина, 40 галлонов кофе, 70 упакованных ланчей и 25 фунтов бананов. Он не мог бы себя идентифицировать. Это был явно большой самолет. Нам не потребовалось много времени, чтобы понять, что Code Alpha — это Air Force One.

Энн Комптон : Мы приземлялись в Барксдейле, Ари вернулся в кабину прессы и сказал: «Это не для протокола, но президента эвакуируют». Я сказал: «Нельзя откладывать это для протокола. Это исторический и пугающий факт. Это должно быть зарегистрировано.«Это было ошеломляющее заявление о том, что президент пытается сплотить страну, но сталкивается со смертельным врагом. Президента найти невозможно из соображений собственной безопасности. От этого у меня по спине пробежали мурашки.

III. База ВВС Барксдейл, Шривпорт, Луизиана

Полковник Марк Тиллман : По дороге в Барксдейл появляется этот самолет. Первоначальные бойцы были с нами. Я до сих пор помню, как F-16 напали на этого парня. Пеленг, дальность, высота, расстояние.Вы видите, как F-16 скатывается, они спрашивают: «Эй, у кого есть право сбивать?» Я говорю: «Знаешь». Это был важный момент. Оказалось, что это была просто тряпка, какой-то штатский летчик, который ничего не понял.

Гордон Джондро : Вы не можете спрятать бело-голубой Боинг 747 с надписью «Соединенные Штаты Америки» сверху. Вы не можете перемещать его тайком при дневном свете. Куда идет местное телевидение, когда в стране чрезвычайное положение? Они выходят на свою местную военную базу. Мы смотрим, как приземляемся, по местному телевидению.Диктор говорит: «Похоже, что Air Force One приземляется. У нас нет никакой конкретной информации о том, был ли президент на борту самолета, но в последний раз видели, как Air Force One покидали Сарасоту ». Бассейн смотрит на меня: «Мы не можем сообщить об этом?»

Брайан Монтгомери : Как только мы приземлились, мы с Марком Розенкером [директором военного ведомства Белого дома] спустились по черной лестнице. Есть парень, который похож на генерала Бака Тургидсона из Доктор Стрейнджлав , здоровяк, весь в бомберской куртке.Он был прямиком из центрального кастинга. Мы сказали: «Что вам нужно?» Он сказал: «Видите эти самолеты? У всех есть ядерное оружие — скажи, где ты хочешь. Мы оглядываемся и видим только ряды B-52, от законцовки до кончика крыла. Я пошутил: «Боже, не говори [президенту!]».

Мы получили запрос по радио — Код Альфа — входящий самолет с высоким приоритетом. Ему требовалось 150 000 фунтов бензина, 40 галлонов кофе, 70 упакованных ланчей и 25 фунтов бананов. Он не мог бы себя идентифицировать ».

Базз Бузински : Барксдейл проходил проверку ядерной гарантии.У них уже были эти менты в бронежилетах и ​​М-16. Все они были заперты и загружены. Это не шутка, когда тебя уже направили на ядерную базу. Но вы все равно знали, что все будет по-другому. Как только мы приземлились, они окружили самолет.

Капитан Синди Райт , президентская медсестра, медицинское отделение Белого дома : Я помню, насколько все было по-другому, приземлившись в Барксдейле. Все изменилось в одно мгновение. Мы вышли из самолета и воевали.

Master Sgt. Дана Ларк : Когда мы приземлились там, глядя на линию полета, это было похоже на военную игру. У вас были ребята в бронежилетах, с оружием, тяжелой техникой и транспортными средствами, наверху были установлены пушки. Все смотрят в сторону от самолета.

Дэйв Уилкинсон : Больше всего меня беспокоили Хамви. Будут ли они там? К нам спешили ребята из местного полевого офиса, но они приехали только после этого. Когда я увидел подъехавшие четыре или пять «Хаммеров», я испытал настоящее облегчение.Один из других агентов выразил обеспокоенность тем, что ВВС хотят управлять президентом — мы [Секретная служба] обычно единственные люди, которые управляют президентом. Я сказал: «Это меньшая из наших забот. Если генерал запрещает парню за рулем, меня устраивает. Давай просто позволим ему вести машину.

Полковник Марк Тиллман : Мы выпускаем президента через нижнюю лестницу, потому что вам нужна эта низкая точка обзора на случай, если появится снайпер.

Ари Флейшер : Обычно перед президентом пролетает вся инфраструктура.Это вооруженный город, полный агентов секретных служб и бронетехники. Но в тот день даже Секретная служба оставила на борту только самую важную команду. В Барксдейле его ждал только этот бронированный «хаммер» с местом для постоянного стрелка. Обычный водитель ВВС, он нервничал и просто ехал со всей возможной скоростью. Президент сказал ему притормозить. Позднее президент сказал, что больше всего опасности [11 сентября] он чувствовал прямо на взлетно-посадочной полосе.

Энди Карточка : Этот парень ехал очень быстро, а в Хамви центр тяжести не так низок, как вы думаете.Президент сказал: «Притормози, сынок, на этой базе нет террористов! Тебе не нужно убивать меня сейчас! »

Полковник Марк Тиллман : Я спустился на взлетно-посадочную полосу, чтобы узнать, заправляют ли самолет. Мы могли везти 14 часов топлива. Я хотел 14 часов топлива. Я волновался, что у них не будет достаточно бензовозов, но оказалось, что мы случайно припарковались над баком для горячей дозаправки, который они использовали для бомбардировщиков. Этот штатский спорит с нашей командой: «Топливные ямы разрешено использовать только во время войны.Главный сержант ВВС — да благословит его Бог — подслушивает это и рычит: «Мы на войне!» Он выхватывает нож и начинает открывать крышку. Это определяет для меня, на что был похож этот день.

Генерал-лейтенант Том Кек : [Президент] уже приземлился, и я собирался его встретить. Он шел в конференц-центр. Я резко отсалютовал, и его первыми словами в мой адрес были: «Думаю, я обозначил тебя на карте». Так он действительно обезоруживал. Он сказал мне, что ему нужен защищенный телефон, чтобы позвонить губернатору Патаки, поэтому я отвел его в свой офис.Когда он начал звонить, он остановился на секунду: «Скажи мне, где я?» Я сказал: «Вы находитесь на восточном берегу Ред-Ривер в Боссье-Сити, на базе ВВС Барксдейл, недалеко от Шривпорта, штат Луизиана».

Брайан Монтгомери : Как только президент вошел в этот личный кабинет, Энди Кард вышел и сказал, что это возможность позвонить своим близким, но не говори им, где вы находитесь.

Представитель Адам Патнэм : Мы добираемся до Барксдейла, имейте в виду, что у нас действительно не было хороших телевизионных изображений.Мы все были переполнены эмоциями, потому что все догоняли то, на что у всех остальных была пара часов на обработку. Я позвонил жене и сказал: «Я в безопасности. Я не могу сказать тебе, где я ». И она сказала: «О, я думала, ты в Барксдейле? Это то, что я видел по телевизору ».

Майор Скотт Крогг : Снова раздался звуковой сигнал [на Эллингтон-Филд в Хьюстоне], и [пилот F-16 Шейн Бразертон и я] стартовали. Информации было так мало, что приходилось делать что-то с верой. Когда мы запускались, мы даже не знали, в чем заключалась миссия.Нам сказали: «Вам нужно перехватить полет Ангела». Что ж, мы понятия не имели, что это значит. Мы никогда раньше не слышали, чтобы Air Force One так называли.

Генерал-лейтенант Том Кек : Энди Кард и Карл Роув пришли вместе с ним в мой офис.

Карл Роув : Это первая точка, по которой он получает полную информацию. Все три удара закончились, поэтому мы знаем размер повреждений. Его первым побуждением было собрать вместе лидеров правительства, но все разошлись.Просто поразительно, как изменились технологии. В то время единственный способ собрать всех вместе — это отправиться на базу ВВС Оффатт, ближайший объект, на котором проводились видеоконференцсвязи на нескольких площадках. Теперь президент путешествует с черным чемоданом Halliburton, в котором есть экран, который может работать через любую розетку с широкополосным доступом в Интернет. Это потрясающе.

Полковник Марк Тиллман : Я вошел в оперативную комнату базы. Я сказал им, что мне нужно увести этого парня в подполье. Где все места, где я мог это сделать? Оффутт был лучшим выбором.

Генерал-лейтенант Том Кек : Люди забывают, сколько путаницы было в тот день по поводу того, что на самом деле происходило. На нас никогда так не нападали, по крайней мере, со времен Перл-Харбора. [Офицеры] разведки приходили все время. Один сказал, что к его ранчо в Техасе [в Кроуфорде] двигался высокоскоростной объект. Я видел, как он начал думать о том, кто был на ранчо. Это оказалось ложным сообщением.

Майор Скотт Крогг : Я подумал — я сотни часов совершал боевое воздушное патрулирование над южным Ираком, обеспечивая запретную для полетов зону, а теперь делаю это над Соединенными Штатами.Это было действительно странно. В воздухе больше никого не было. Это было так серьезно. В тот день у нас была вся эта решимость.

Эллен Экерт : Чтобы дождаться президента, нас повели в Клуб офицеров. По сути, я был единственным человеком в поездке, который курил сигареты — по крайней мере, я так думал. Пока мы стоим, вдруг все просят сигарету. «Подожди, ты не куришь?» Все были так возбуждены.

Генерал-лейтенант Том Кек : Каждый был занят своим делом.Президент просматривал замечания, которые он хотел сделать стране. Он спросил у присутствующих: «Я здесь дважды употребляю слово« решимость »- я хочу это сделать?» Никто ему не отвечал, поэтому я сказал: «Думаю, американцы, вероятно, захотят это услышать».

Брайан Монтгомери : Мы связались с кем-то с базы и нашли эту комнату отдыха или что-то в этом роде с кучей памятных вещей на стенах. Мы с Гордоном начали все переставлять — получили флаги, нашли подиум. Мы знали, что это важно.Все хотели видеть президента.

Гордон Джондро : Барксдейл был размытым пятном. Это был настоящий хаос. О заявлении президента там никто особо не помнит. Было плохое освещение, плохая обстановка, но было важно, чтобы он что-то сказал народу. Это заявление потеряно для истории.

Соня Росс : Я продиктовала краткий отчет своей коллеге Сандре Соберадж [еще в Вашингтоне], а затем оставила свой телефон включенным, чтобы она могла услышать краткое заявление президента.Предполагалось, что это заявление будет заблокировано до нашего отъезда, поэтому я пытался свернуть телефон под блокнотом, чтобы никто не заметил, что он все еще включен. Это дало нам краткую фору, потому что, проводя [услуги], мы всегда должны быть первыми. Он сказал: «Наши военные дома и во всем мире находятся в состоянии повышенной боевой готовности. И мы приняли необходимые меры безопасности, чтобы ваше правительство продолжало выполнять свои функции ». Он повторил, что это был террористический акт, и призвал людей к спокойствию. Это было очень общее.

Эллен Экерт : Никогда не видела президента таким суровым. Я лежал на земле у ног президента. Мы не знали, работает ли лента [теленовостей], это было настолько ненадежно, что я лежал там с микрофоном над головой на случай, если никто другой не записал его реплики.

Энди Карточка : Мы не хотели, чтобы внимание было уделено тому месту, где мы были, пока мы не уехали. Мы записали заявление на видео, чтобы оно исчезло, когда мы уходили.

Генерал-лейтенант Том Кек : После пресс-конференции он вернулся в мой офис.Он еще не видел видео падения Башен. Он сидел на моем диване и смотрел, как падают Башни. Он повернулся ко мне только потому, что я был там, и сказал: «Я не знаю, кто это, но мы собираемся выяснить, и мы собираемся пойти за ними, мы не собираемся просто шлепать». их на запястье ». Я сказал: «Мы с тобой». Я знал, что он имел в виду каждое слово.

Ари Флейшер : Энди Кард принял решение сократить количество пассажиров. Мы не знали, куда идем. У нас не было инфраструктуры.Кортежа у нас не было. Кто-то второстепенный должен был быть оставлен позади, включая всех конгрессменов, что им не понравилось. Нескольким сотрудникам Белого дома пришлось сойти. Энди спросил, можем ли мы сократить количество прессов до трех. Я думал, что пять — это абсолютный минимум.

Сэнди Кресс : Большинство из нас остались в самолете в Барксдейле. Мы немного посидели на взлетно-посадочной полосе. Мы думали: «Это более широкая атака? Кто-то там нас искал? Ближе к концу остановки в Барксдейле проехал Брайан [Монтгомери] и сказал нам, что мы все остаемся в Луизиане.Мы понимали, что президент продолжает движение, но не собирается возвращаться в округ Колумбия.Наша роль заключалась в том, чтобы помочь ему с этой поездкой, и на этом все закончилось. Это имело смысл.

Представитель Адам Патнэм : Пока мы только ждем на борту, грузовики с припасами подходят и начинают разгружать еду — поднос с подносом с мясом, буханка за буханкой хлеба, всего лишь сотни галлонов воды. Мы понимаем, что они оборудуют этот самолет, чтобы он мог несколько дней находиться в воздухе. Это действительно нервировало.

Гордон Джондро : Тогда мы думали, что не собираемся в Вашингтон несколько дней.Нам нужно было уменьшить нашу площадь. Мы не знали, сколько людей можно накормить, поить, одеть и поддержать, куда бы мы ни шли. Половине прессы было трудно сказать, что они не поедут с нами. Это было наполовину: «Нам не хватает истории наших жизней», а затем их личная реакция: «Вы покидаете нас в Луизиане, и воздушное пространство закрыто».

Соня Росс : Нас загнали в синий школьный автобус. У некоторых из нас ходили слухи, что они уменьшат бассейн.Я думал, что мне нужно бороться, чтобы получить место. Мне не хотелось объяснять своему боссу, что я остался позади. Я просто собирался изо всех сил попасть в самолет. Гордон приехал в автобус. Он считал, кто будет с ними: репортер AP, фотограф AP, телекамеры, телезвук и радио. Все остальные, сказал он, останутся позади. В этот момент Джуди Кин, репортер из USA Today , и Джей Карни, собиратель журналов, подняли шум. Я просто собрал свои вещи и побежал.

Генерал-лейтенант Том Кек : В конференц-зале, ожидая, пока транспорт будет разведен, мы сидели за столом, гадая, что привело к падению Башен. Тогда никто не понимал, что сталь плавится при такой-то температуре. Мы просто не могли поверить, что башни рухнули. Когда пришло время возвращать президента [в Air Force One], они подняли этот «Хамви» с установленным на нем пулеметом 50-го калибра. Не знаю, боялся ли он, что в этом танке появится губернатор Дукакис, но он хотел ехать на другой машине.Он указал на нашего супервайзера летательного аппарата. Это был белый минивэн, который мы назвали «Футбольная мама», поэтому мы выгнали его на минивэне.

Карл Роув : Когда мы выезжаем обратно, [президент] говорит мне что-то вроде: «Я знаю, что это уловка, просто они попытаются удержать меня подальше, но я собираюсь пусть они возьмут этот [и поедут в Оффатт], а потом мы поедем домой. «

Генерал-лейтенант Том Кек : [Пока президент поднимается по лестнице] Я сказал ему: «Эти войска обучены, готовы, и они сделают все, что вы от них захотите.Он сказал мне: «Я знаю». Мы обменялись салютами. Он пробыл на земле час и 53 минуты.

Базз Бузински : Я видел, как [президент] поднимался по парадной лестнице. Вы могли видеть, насколько он зол. Можно было сказать, сколько эмоций у него было, какой гнев внутри. Как только он поднялся на борт, все было в порядке.

Сэнди Кресс : Они прислали за нами самолет вице-президента, и в конце концов мы сели на него, чтобы вернуться в округ Колумбия.

Соня Росс : Когда мы уходили, они не знали, как долго нас не будет.Они сказали нам, что устроят ночлег, если нас не будет на день или два. Я сказал своему начальнику бюро: «Я не знаю, куда мы идем, и я не знаю, как долго меня не будет».

Эллен Эккерт : Ари сказала мне, что я был вне самолета. Пресса была недовольна, но я был в порядке — я думал, что здесь, в Луизиане, я в безопасности. Но тут самолет загорелся, он громкий, мы все стоим рядом, а Гордон вернулся к черному трапу и кричит: «Эллен, Ари говорит, садись в самолет! Он передумал! » Я не хочу этого делать, но потом я подумал, что мне стыдно за себя.Все остальные садились в этот самолет. Я был последним на борту.

IV. В воздухе, где-то над равниной

Майор Скотт Крогг : Мы видели, как появился Air Force One, но по-прежнему ничего не знаем. Это довольно впечатляюще — видеть, как Air Force One поднимается в воздух.

Генерал-лейтенант Том Кек : Когда он взлетал, на его крыле подъехали два F-16. Это заставило меня подумать, что мы наконец собрались вместе. Я забыл, что когда-либо говорил это, но Курт Бедке, один из других офицеров, сказал мне позже, что, когда мы наблюдали, как они улетали, я сказал ему: «Ты чувствуешь себя так, как будто ты из романа Тома Клэнси?»

Май.Скотт Крогг : Мы только начали следовать за [Air Force One] на север. В какой-то момент я ожидал, что они повернут на восток и направятся в Вашингтон. Чем дольше мы идем на север, тем больше понимаем, что что-то еще не решено. Они по-прежнему не чувствуют себя в безопасности, возвращаясь в Вашингтон. В тот день у нас на борту были только карты Техаса и Луизианы. Не было и мысли, что мы пойдем дальше этого. Я попросил танкиста встретиться, и после того, как я подключился, я попросил его указать все радиоканалы между здесь и Канадой.

Энди Кард : Наконец-то мы смогли получить репортаж по телевидению. Вы могли видеть горящие здания. Вы видели повтор обвала. Было много слез. Было много тихих моментов, когда я смотрел на экран телевизора. Никакого разговора. Были молитвы. И страх. Это даже не были американские горки, потому что мы просто были в боксах. Боже мой, это ужасно. А это еще хуже. И это даже хуже. Нам все время вручают записи, разговаривают по телефону, отдают приказы.

Майор Скотт Крогг : По радио царила жуткая тишина. В воздухе просто никого нет. Мы просто разговариваем между собой [летчиками-истребителями] по радио. «Интересно, мы поедем в Канаду?» Многие из них: «Чувак, это хреново». Я также рассказываю ребятам, что произойдет, если нам придется кого-то сбить. Мир наблюдает, давайте будем по правилам и давайте сделаем все, что в наших силах, чтобы защитить президента. Вы сделаете все возможное, чтобы избежать этого, но в крайнем случае, если самолет попытается сбить Air Force One, мне нужно, чтобы вы, ребята, об этом подумали.Я говорю: «Мы сделаем все, что в наших силах, чтобы заставить их сказать по радио« вы одобрены »».

Вам придется подумать о том, как вы спасаете жизни, забирая жизни. Вы должны подумать, что ракеты могут не справиться с этой задачей. Возможно, вам придется использовать пистолет. Обычно наш оружейный прицел не подходит для такого большого самолета. Мы знаем, что это будет идеальная цель, но мы также полагаем, что сейчас никто не ожидал, что Air Force One будет лететь на север над Канзасом.

цв.Марк Тиллман : Весь день был жутким. Радиозвонков не было. Диспетчеры рассказывали нам о подозрительных самолетах — я и не подозревал, что в Америке так много уборочных машин.

Эрик Дрейпер : Все жаждали информации. Мы ничего не слышали, если только самолет не пролетал над крупным городом.

Ари Флейшер : Прямого эфира не было. Это поставило нас в совершенно иное положение, чем большинство американцев в тот день. Люди во всем мире были просто прикованы к своим телевизорам.Время от времени это было на Air Force One. Он был у нас в Барксдейле, в комендатуре базы. Но тогда еще не было электронной почты на Air Force One. Когда ты в воздухе, ты отрезан. Это было совершенно потрясающе — стоять рядом с президентом, когда он разговаривал с вице-президентом, а затем прижал телефон к уху, потому что он отключился.

Эллен Эккерт : Самолет похож на Сумеречную зону. Это действительно жутко. На борту просто никого нет. Кабина персонала пуста, гостевая кабина пуста.Вот тогда для меня это действительно разваливалось. Я увидел, что один из агентов стоит в коридоре, и подошел к нему: «Так это самое безопасное место? Это Air Force One, верно?» Он сказал: «Послушайте, не упоминайте об этом, но с таким же успехом у нас может быть большой красный крестик на дне этого самолета. Мы единственный самолет в небе». Это было страшно. Я пошел в ванную и использовал один из тех блокнотов Air Force One, чтобы написать письмо своей семье — шести братьям и сестрам и двум родителям. Они никогда этого не увидят, оно сгорит в огненном аду.Одна из бортпроводников открыла мне дверь, утешила меня и дала протереть мочалку. «У нас есть это. Мы все вместе ».

Master Sgt. Дана Ларк : [Когда мы летели в Оффутт], наконец, стали доступны некоторые коммерческие системы. Один из телефонов действительно зазвонил, я поднял трубку, это мой начальник: «Как дела?» «Что ж, шеф, мы немного заняты». Никому из членов экипажа не разрешалось звонить в наши семьи. Все были просто заперты. Это, вероятно, действительно помогло многим из нас пережить день.

Майор Скотт Крогг : Через пятнадцать минут после заправки мы увидели, как Air Force One начал снижаться. Я посчитал и понял, что они, вероятно, направляются в Оффутт. Что ж, теперь у нас был полный бак бензина. Вы не можете так приземлиться в маленьком самолете, поэтому мы делали форсаж 360 на высоте 7000 футов, чтобы сжечь достаточно газа, чтобы посадить наши самолеты.

Майк Морелл : По дороге из Барксдейла в Оффатт президент попросил меня встретиться наедине — это были только я, он и Энди Кард.Он спросил меня: «Майкл, кто это сделал?» Я объяснил, что у меня нет никакого реального интеллекта, так что то, что вы собираетесь получить, — мое лучшее предположение. Он был действительно сосредоточен и сказал: «Я понимаю, давай, давай».

Я сказал, что есть две страны, способные провести подобное нападение, Иран и Ирак. Но я считал, что обоим будет что терять и ничего не выиграть от атаки. Когда все будет сказано и сделано, тропа приведет к UBL. Я сказал ему: «Я готов поставить на это будущее своих детей.”

Он спросил, когда мы узнаем. Я рассказал ему о недавних случаях: взрывы [1998 г.] [посольства] в Восточной Африке, это было несколько дней, [взрыв] USS Cole [2001 г.] [взрыв] длился пару месяцев, [взрыв] Башни Хобар [1996 г.] [взрыв] это заняло больше года. Это может быть быстро или долго. Все время я не понимал, что ЦРУ уже выяснило это.

Когда я закончил, он ничего не сказал, мы просто сидели. Было около трех, четырех, пяти минут. Становилось неловко.Наконец я сказал: «Есть что-нибудь еще, господин президент?» Он сказал: «Нет, Майкл, спасибо».

База ВВС им. В. Оффатт

Базз Бузински : Посадка в Оффутте, вероятно, была самым забавным моментом дня. Я крупный парень, ростом 6 футов 4 дюйма, 270 дюймов, но Уилл [Чендлер] тоже здоровенный парень, он ростом 6–3,250 см. Мы всегда говорили, что у него руки размером с экран телевизора. Что ж, мы первые двое сошли с самолета. Задняя лестница всегда сначала спускается, вы выходите и ведете внутрь по парадной лестнице.Когда мы выходим, под самолетом находятся пять или шесть специалистов по обслуживанию, которые пытались подключить самолет к наземному питанию. Никто не сказал нам, что они будут там — все, что мы видим, это группа из пяти человек. Чендлер кричит: «Очистите территорию!» Он только что издал этот рев. Ну, это было как разбегаться кошки — роняли радиоприемники, роняли кабель. Они в панике — на них идет этот здоровяк. Это была истерика. Я просто засмеялся.

Адмирал Ричард Мис, командующий, Стратегическое командование США (STRATCOM), База ВВС Оффут, Омаха, Небраска : Не зная, прибывает ли он в Омаху, мы взяли на себя инициативу начать подготовку, работая с 55-е крыло, которым управляет Оффутт.Мы начали эвакуацию основных помещений, которые можно было использовать для VIP-персон, и установить там часть защиты, которая может понадобиться на случай, если ему понадобится переночевать.

Мы не знали, что он едет в Оффутт, примерно за 15 минут до этого. С Air Force One почти не было связи. Никакой пышности и помпезности не предвидится. У меня был водитель и агент секретной службы, и мы втроем вышли на взлетно-посадочную полосу, чтобы поприветствовать Air Force One. Это был обыкновенный крайслер.

Дэйв Уилкинсон : К тому времени, как мы добрались до STRATCOM, там было от 15 до 20 самолетов, которые все еще числялись пропавшими без вести [по всей стране]. Люди скажут, что их было всего шесть, но их было намного больше. Насколько нам известно, все они были угнаны. Но как только мы приземлились, они начали быстро их сбивать.

Адмирал Ричард Мис : Я решил провести президента в командный центр через вход через пожарную лестницу. Это был наиболее целесообразный вариант.Я никогда им раньше не пользовался. Это было там на случай чрезвычайных ситуаций. Я приказал им открыть его изнутри.

Брайан Монтгомери : На пути к бункеру было много летчиков в боевом снаряжении. Мы подъезжаем к этому пятиэтажному офисному зданию, и вместо того, чтобы войти в парадную дверь, адмирал говорит: «Нет, мы идем туда». Заходим в это бетонное здание, просто дверь. Мы спускались все ниже и ниже, довольно далеко под землей.

Слева президент Джордж У.Буш прибывает во вторник, 11 сентября 2001 года, на базу ВВС Оффутт в Небраске. Справа: Буш, адмирал Ричард Мис (слева) и начальник штаба Белого дома Энди Кард проводят видеоконференцию на базе. | Предоставлено Президентской библиотекой Джорджа Буша

Гордон Джондро : Президент вошел в бункер. Было страшно. Я наблюдаю за [президентом] с прессой из кортежа, они входят в это здание, а их уже нет. Когда мы приехали в Омаху, мы устали.Наша энергия и стресс улетучивались. Когда мы добрались до Омахи, нас охватила грусть. Раньше у нас не было времени на размышления.

Эллен Экерт : Когда он вошел в бункер, ничего себе. Все эти годы спустя эта сцена фильма все еще остается в моей голове. Ясно, что единственный выход — спуститься. Мы просто стояли снаружи и ждали. Мы выкурили миллион сигарет, все мои новые друзья-заядлые друзья.

Эрик Дрейпер : Наконец-то у меня появилась возможность позвонить жене, я сказал: «Дорогая, я собираюсь вернуться домой поздно вечером.«Я слышал ее смех по телефону, даже когда она плакала. Она сказала: «Я видела тебя с президентом, поэтому знала, что с тобой все в порядке».

Адмирал Ричард Мис : Мы вошли прямо в командный центр. Это действительно привлекло его внимание. Все эти солдаты, все в боевой форме. На видном месте был показан канал CNN — много кадров с изображением двух башен. У нас было от четырех до шести телеэкранов, все под напряжением. Я усадил его на место, где обычно сижу, и провел его через то, что он видел, чтобы он осознал.

Andy Card : Прямо из телевизионного фильма — все эти телевизоры с плоским экраном, все эти военные, вы слышите туман войны, все эти сообщения FAA и военных. Но военным тяжело — все они хотят встать и проявить уважение к главнокомандующему, но видно, что они хотят сидеть и делать свою работу. Все шизофреники, полусидят-полуста, все двигаются. Через несколько минут президент повернулся ко мне: «Я хочу уйти отсюда, я мешаю этим людям выполнять свою работу.”

Майор Скотт Крогг : Все правила, по которым летчики-истребители проводят свою жизнь, теперь выпали из окна. Когда мы приземлились [в Оффуте], мы получили больше бензина и собрали карты для остальной части страны. В базовых операциях всегда есть карты и подходы для страны, но на всех картах всегда написано: «Не удаляйте из базовых операций». Мы просто взяли их все и запихнули в сумку.

Полковник Тиллман прибыл на базу, и мы, наконец, начали получать некоторую информацию.На самом деле президент был выпускником нашего подразделения в Хьюстоне. Полковник Тиллман сказал нам: «Он чувствует себя комфортно с вами, ребята, и хочет, чтобы вы продолжали нас». Мы сказали ему, что отсидимся примерно в пяти милях — вы не сможете так близко подойти к чему-то настолько ценному по разным причинам, — но если что-то случится, мы сможем съесть это расстояние очень быстро.

Адмирал Ричард Мис : В VTC были только мы трое, оператор и его военный помощник. Нас было максимум пятеро. Настоящей публики не было.Мы слушали, как все докладывают. Ричард Кларк [из Совета национальной безопасности], [министр транспорта] Норм Минета, [заместитель госсекретаря] Ричард Армитидж, [советник по национальной безопасности] Конди [Райс], [директор ЦРУ] Джордж Тенет. Большая часть первоначального разговора в VTC была сосредоточена на том, кто это сделал. Было много предположений. Было слишком рано делать окончательные выводы. Затем мы говорили о том, как быстро восстановить чувство нормальной жизни как для Нью-Йорка, так и для страны? И как тогда президент вернется в Вашингтон?

Майк Морелл : Когда Тенет объяснил, что у него есть доказательства, указывающие на Аль-Каиду, президент обернулся и посмотрел на меня — его взгляд ясно сказал: «Что, черт возьми, здесь произошло?» Ты должен был сказать мне первым. Я попытался объяснить своим взглядом, что мне очень жаль — я не знал, как потерялось мое сообщение. Я пошел в ближайший офис и в гневе позвонил помощнице Тенета. Я чувствовал, что подвел президента.

Энди Карточка : Когда Джордж Тенет сказал, что это Аль-Каида, это не было похоже на рассвет над Марблхедом. Мы все подозревали, что это была Аль-Каида. Я думал об этом еще с порога класса. На самом деле это был не такой уж драматический момент. Это было просто подтверждением. Подумайте, что бы произошло, если бы он сказал нам, что это Россия, Китай или другое национальное государство? Или отколовшаяся американская группа?

Дэйв Уилкинсон : Мы чувствовали, что, вероятно, в большей безопасности, и было бы разумно вернуться.Все обошли комнату [по видеоконференции], вице-президент включил ее, и все высказали свое мнение. Наконец, президент сказал Брайану [Стаффорду], моему начальнику [директору секретной службы]: «Брайан, Дэйв и Эдди просто делают свою работу и говорят мне, что я не могу вернуться в округ Колумбия, но я думаю, что пришло время для меня». возвращаться.» Брайан проделал хорошую работу — он объяснил [президенту], что это была повышенная среда безопасности, и мы собираемся переселить вас и перевезти вас, если возникнет малейшая проблема.

Брайан Монтгомери : Когда мы добрались до Оффатта, вам пришлось бы связать его, чтобы остаться там на ночь.

Джули Зигенхорн , офицер по связям с общественностью, база ВВС Оффатт : Мы работали за своими столами, и внезапно по коридору шагал президент. Он вышел прямо через парадную дверь, помахав нам рукой. Он крикнул: «Спасибо за все, что вы делаете!»

Гордон Джондро : Мы там с бассейном, и наш агент секретной службы говорит: «О, черт возьми, нам пора идти прямо сейчас.Президент уходит ». Энн [Комптон] была вместе с Питером Дженнингсом. Я не хотел паниковать ее или нацию, создавая впечатление, будто мы внезапно уезжаем, но нам нужно было уйти. Я прошептал: «Мы должны идти». Она была по радио и сказала: «Мне сказали, что мы уезжаем. Я не знаю, куда мы идем ». Питер Дженнингс сказал: «Удачи, Энни».

Полковник Марк Тиллман : Мы думали, что он пробудет там какое-то время. Я был на базе, и кто-то вошел и сказал: «Думаю, президент возвращается к самолету.Я сказал: «Нет». Он сказал: «Нет, я почти уверен, что только что видел, как он проезжал мимо». Я помчался обратно к самолету. Он уже был там. Он ждет наверху лестницы и сказал мне: «Тиллман, нам нужно вернуться домой. Пошли домой.

Майор Скотт Крогг : Никто не сказал нам, что Air Force One уходит, поэтому мы такие: «Вот дерьмо, они начинают?» Мы мчимся, чтобы наши самолеты поднялись в воздух, но это требует времени. Мы выполнили минимальные требования безопасности и взлетели.Боинг 747 такой конфигурации, черт возьми, это быстрый самолет. Мы не хотели переходить на сверхзвуковой режим, это сжигало бы слишком много топлива, поэтому мы поговорили с ними, и нам пришлось наматывать их.

VI. В воздухе, на пути к базе ВВС Эндрюс, Вашингтон, округ Колумбия

Полковник Марк Тиллман : Я делаю 0,94 Маха. У бойцов столько бензина. Мы пересекли Соединенные Штаты так быстро, как могли. Нам навстречу выезжали F-16, все присоединялись к нам. С нами тоже были F-15.

Майк Морелл : Во время полета в Эндрюс я наконец получил этот пакет со всей разведывательной информацией, которой располагало ЦРУ. В него входили тезисы для разговоров, которые Джордж Тенет использовал, чтобы проинформировать президента, но по-прежнему много чего он не мог сказать. Я поделился всеми этими деталями с президентом. Вторая половина пакета представляла собой набор разведданных, переданный нам европейским союзником, объясняя, что он обнаружил признаки того, что Аль-Каида планирует вторую волну. Когда я показывал это президенту, я мог сказать по его реакции, это поразило его: «Черт возьми, это может повториться снова.«Это еще не конец.

Энди Кард : Когда он разговаривал со своим отцом, его отец подтвердил желание Джорджа Буша вернуться в Вашингтон. Это заставило меня почувствовать себя немного виноватым, но к тому времени мы уже были на обратном пути.

Эрик Дрейпер : Однажды я спросил Энди Карда: «Кто это сделал?» «Аль-Каида.» Я никогда раньше не слышал об Аль-Каиде.

Энди Карточка : К тому времени, когда мы пришли из STRATCOM, на борту уже был скелетный экипаж. Чем ближе мы подходили к Вашингтону, тем больше странствовал президент.

Брайан Монтгомери : Однажды я нашел президента в передней части каюты для персонала. Я просто сказал: «Мы собираемся нанести им сильный удар, верно, когда все это закончится?» Он просто сказал: «Да, да, мы». Я знал этот взгляд в его глазах. Он был зол.

Эллен Экерт : Президент вернулся в кабину для прессы, я спросил его, все ли у него в порядке, и он сказал «да». Я спросил: «Вы говорили с миссис Буш?» Он сказал: «Да, она в порядке». Он дважды похлопал меня по спине.Затем Дуг Миллс [фотограф AP] сказал: «Держите настроение».

Президент сказал: «Мы не позволим головорезу разрушить эту страну».

Соня Росс : Я печатала [в пресс-кабине], работала над своими записями [когда вошел президент], и я не думаю, что сначала он меня заметил. Я начал печатать эту цитату, и он услышал, как я печатаю, и повернулся ко мне: «Эй, не для записи!» Больше он ничего не сказал.

Эллен Эккерт : Он скривился от Сони.

Гордон Джондро : Однажды президент Буш проскользнул туда — я был в служебной каюте с Энди Кардом и не знаю, как он туда попал, — и он вошел и сказал: «Я только что разговаривал с Нажмите.» Он увидел мое лицо и быстро сказал: «Не волнуйтесь, все в порядке. Это было не для записи ». Он старался быть для всех очень спокойным и успокаивающим.

Президента утешает президентская медсестра Синди Райт из медицинского отделения Белого дома на борту Air Force One.| Эрик Дрейпер / Президентская библиотека и музей Джорджа Буша

Эрик Дрейпер : Все пытались осознать все это. Я сфотографировал Синди Райт, медсестру Белого дома, трет спину президенту. В другой момент президент обнял Харриет Майерс, когда они спускались по самолету.

Капитан Синди Райт : Что смешно в этой фотографии, я не помню, чтобы я был сочувствующим или помогал ему — я действительно помню, что он приходил, чтобы проверить меня и команду.Для меня было удивительно, что он шел через самолет, проверяя нас. Я был в медицинском отсеке. Это было еще довольно ново для администрации, так что мы знали друг друга по разговору и на ранчо, но это был первый раз, когда мы обнимались — я крепко обнимаюсь, и он тоже.

Энн Комптон : Наконец-то мы смогли официально заявить — я позвонил в свое бюро и сказал им, — что президент возвращается в Вашингтон и обратится к народу из Овального кабинета.

Соня Росс : Я начала работать в Белом доме 11 сентября, шестью годами ранее. В какой-то момент я сказал Ари: «Это годовщина моего Белого дома». Он засмеялся: «Ты устроил какую-то годовщину».

Полковник доктор Ричард Табб : В тот момент меня больше всего беспокоило биологическое [нападение]. В маловероятном, но рискованном сценарии, я думал, что профилактика персонала антибиотиками не принесет большого вреда. Это было похоже на научную фантастику.Я дал всем в самолете неделю Cipro. Я надеялся, что к тому времени, когда они закончатся, мы разгадаем туман войны и узнаем, нужно ли нам продолжать меры.

Брайан Монтгомери : Я заметил, что доктор Табб шел и разговаривал с каждым человеком. Он наклонялся и шептал каждому человеку, похлопывал их по плечу и передавал небольшой конверт, вроде того, в который военные кладут таблетки. Он подошел ко мне и сказал: «Монти» — это было мое прозвище — «как ты себя чувствуешь?» Я сказал: «Помимо очевидного, физически я чувствую себя хорошо.»Вы не чувствуете себя дезориентированным?» «Неа.» Затем он сказал: «Вы когда-нибудь слышали о Cipro? Мы не знаем, что могло быть в этой школе, поэтому просто осторожны ». Я спросил его: «Для чего он нужен?» Он сказал мне: «На случай, если это сибирская язва».

Полковник доктор Ричард Табб : Позже было страшно осознавать, что осенняя сибирская язва не была такой невообразимой, как мы думали. Это был поворотный момент для нашего общества. Я внезапно был по-настоящему доволен нашей реакцией в самолете.

Слева Marine One готовится приземлиться на южной лужайке Белого дома.Справа советник по национальной безопасности Кондолиза Райс ждет у Южного портика возвращения Буша. | Национальный архив США

Майк Морелл : До приземления был около часа, довольно поздно днем, многие люди спали, и свет на Air Force One был выключен. Президент вернулся в штабное отделение. Я был единственным, кто проснулся. Я сказал: «Как дела?» «Я в порядке, спасибо за вопрос». Одна из вещей, которая поразила меня, он превратился прямо на моих глазах из президента, который немного боролся с руководством своей администрации 10 сентября, в президента военного времени всего за несколько часов.Я уже видел в нем эту новую уверенность и силу.

Гордон Джондро : Я действительно не помню, чтобы ел, но стюарды разложили бутерброды с жареным картофелем. Военно-воздушные силы выставляют вам счет за питание на борту самолета Air Force One через военное управление Белого дома. Я помню, как пару дней спустя получил счет на 9,18 доллара. В счете говорится о питании 11 сентября между Сарасота-Барксдейл, Барксдейл-Оффатт, Оффутт-Вашингтон.

Master Sgt. Дана Ларк : Я никогда не чувствовала такой усталости.Я не могу вспомнить ничего более физического, чем тот день. Он просто высосал из тебя все.

Майк Морелл : Помощник президента [Том Гулд] смотрел в окно с левой стороны самолета и жестом подозвал меня. «Смотреть.» На законцовке крыла был истребитель. Он сказал мне, что на другой стороне самолета был еще один. Вдалеке виднелся все еще горящий Пентагон. Все это происходит в течение дня, и у вас действительно нет возможности почувствовать эмоции.Но это меня достало. Слезы наполнили мои глаза впервые в тот день.

Майор Скотт Крогг : Это был настоящий шок, но я помню, как думал, что дыра в здании относительно всего Пентагона относительно мала. Это было символично. Это болезненная рана, но мы достаточно велики, чтобы ее поглотить.

Энди Карточка : Мы встали на колени на скамейки, чтобы выглянуть наружу, вы могли видеть, что истребители подошли довольно близко к Air Force One. Вы просто не увидите этого в Air Force One.

Карл Роув : Я наблюдал за истребителями и понял, что это не церемониальное сопровождение — это была последняя линия защиты на случай, если на подходе к Вашингтону будет ПЗРК [зенитно-ракетный комплекс]. Они собирались поставить себя между Air Force One и любой угрозой.

Полковник доктор Ричард Табб : Когда мы подходим к заключительному [подходу], Дэн Бартлетт заходит в мой офис и говорит: «Спасибо, я принял все эти таблетки. Что-нибудь еще мне нужно? » Я сказал: «Что ?! Точно нет! Это должно было стоить недели! » Я пролистываю Physician’s Desk Reference , эту огромную книгу, пытаясь выяснить, каков уровень токсичности Cipro.

Брайан Монтгомери : [Дэн] на мгновение сильно забеспокоился. После всего, что произошло в тот день, Дэн собирался умереть от отравления Ципро.

Полковник доктор Ричард Табб : Я изучил это и сказал ему: «Слушай, с тобой все будет в порядке. Возможно, вы захотите принять антацид ».

Полковник Марк Тиллман : Это был долгий день. Когда мы приземляемся, я думаю, все, что мне нужно сделать, это посадить его на землю, а затем я могу передать его морским пехотинцам. Я смотрю, как внизу кричат ​​бойцы, подавляя их, пытаясь понять, ждёт ли нас что-нибудь.Сама посадка в конце концов была совершенно нормальной.

Джордж Буш встречается со своим Советом национальной безопасности в Президентском Центре чрезвычайных операций Белого дома после обращения к нации. | Национальный архив США

Майор Скотт Крогг : Мы приземлились сразу за Air Force One, поэтому мы отсалютовали, когда Marine One взлетел. Мы знали, что президент направляется в Белый дом.

Ари Флейшер : Есть несколько разных маршрутов, по которым Морской Один может вернуться, мы выбрали самый живописный, прямо над Капитолием, вниз по торговому центру, у памятника Вашингтону, поверните направо.

Энди Кард : Мы летали только на уровне верхушек дерева зигзагообразно, чтобы ракете было сложнее поразить нас. Мы были очень низки до воды на Потомаке.

Ари Флейшер : Из передней левой части вертолета президент хорошо видел Пентагон. Президент никому и всем не сказал: «Горит самое мощное здание в мире. Это лицо войны 21-го, -го, -го века ».

Эпилог

Майк Морелл : [В 2011 году], первый телефонный звонок, который президент [Барак] Обама сделал после того, как мы были уверены, что убили Усаму бен Ладена, был президенту [Джорджу У.] Куст. Президент Обама знал, что я был с ним во время событий 11 сентября, поэтому он попросил меня полететь в Даллас после рейда, чтобы лично проинформировать президента Буша. Примерно две недели спустя я спустился вниз и провел президента Буша через все аспекты рейда. Мне показалось, что я вижу в его лице некую завершенность.

(Примечание: все звания и воинские звания представлены так же, как люди на 11 сентября 2001 г., а интервью для ясности сокращены и отредактированы.)

Эта статья помечена как:

Архив журнала целлюлозы Этот веб-сайт использует файлы cookie, чтобы улучшить вашу работу во время навигации по веб-сайту.список гомосексуальной пульпы пульпы. Лучшее из худшего. Впервые выпущен в 1919 году. Коллекция журналов по целлюлозе. Я недавно оплакивал тот факт, что у нас не было 24 апреля 2006 г. · ISFDB — это сообщество, которое занимается каталогизацией произведений научной фантастики, фэнтези и ужасов. k. Каждая книга находится в формате PDF с высоким разрешением. Это модерируется 26 февраля 2016 г. · Журналы по целлюлозе (часто также называемые «целлюлоза»), также известные как «Криминальное чтиво», относятся к недорогим художественным журналам, издаваемым с 1896 по 1950-е годы.список гомосексуальных масс Прочтите оригинальные журналы THE SPIDER 1940-х годов. с помощью. список гей-целлюлозы 15 сентября 2013 г. · The Pulp Magazines Project добавили 6 новых изданий Western pulp (8 новых полных выпусков) в свой полнотекстовый цифровой архив. Это совпало с Pulpfest 2021. Журнал Top-Notch появился в 1910 году. 3 января 2020 г. · В их замечательной миссии по сохранению истории Интернет-архив работал с анонимными участниками, The Pulp Magazines Project и The Pulp, чтобы отсканировать удивительный коллекцию журналов Pulp и разместите их в Интернете, чтобы любой мог получить к ним доступ в любое время в архиве журнала Pulp.Просмотров публикации: 3030. Спустя слишком долгое время (два года) мы наконец получили еще один выпуск Blood ‘n’ Thunder, на этот раз под названием Blood ‘n’ Thunder 2021 Annual. pdf файлы на DVD) 1940-1950-е гг. список веселой пульпы мякоти Свинцовая вечная арка серых облаков; Сумеречные ручьи, которые текли без звука, И одинокие ветры, которые шептали по перевалам. org, вероятно, является крупнейшим цифровым архивом в мире с интересными коллекциями, содержащими веб-сайты, игры, книги, видео, газеты, музыку и т. д. Прочтите полное название 48 Vntage Pulp Magazine — Super Science Stories & Future Science Fiction (.собрание библиотек Университета штата Флорида, согласно заявлению Кэти Маккормик, заместителя декана Специальных коллекций и архивов бывшего СССР. 7 октября 2021 г. · 19 октября 2021 г. Отрасль трансформируется: персонал целлюлозно-бумажной промышленности реагирует на происходящие изменения. Выберите свой журнал или выберите историю. Типичный журнал для целлюлозы имел ширину семь дюймов, высоту десять дюймов, толщину полдюйма и длину 128 страниц. БЕСПЛАТНО. Опубликовано 2021 Автор Целлюлоза Обложки Категории Обложки Теги Argosy, Beach, Magazine, Paul Grand Rapids Magazine — это исчерпывающий ресурс о людях, еде и напитках, культуре, искусстве и развлечениях, образе жизни и новостях Гранд-Рапидс, штат Мичиган.список гей-целлюлозы Классические архивы: планы навесов и беседок, старинные книги, журналы, комиксы на DVD Planet Stories, 41 Vintage Pulp Magazines, DVD-диск с научной фантастикой Золотого века [CA-C54] — Planet Stories был американским научно-фантастическим журналом. , издавался Домом фантастики с 1939 по 1955 год. Скачивание архива. W. Итак, когда поднялся мужчина. 14 февраля 2012 года Уильям Гарвуд. 10 Книга рассказов 1938-08 гг. 1909-сен. Оригинальный ежемесячный журнал Манси, посвященный железнодорожной тематике, первый одножанровый титул журнала по целлюлозе.The Essential Movie Library # 67: Криминальное чтиво (1994). Фильм Стив Эриксон — 25 февраля 2014 г. Нуар-калейдоскоп Квентина Тарантино, изображающий наемных убийц, мужиков и боксеров, ищущих искупления. 31 марта 2009 г. статья Лори Пауэрса об истории целлюлозного журнала, Wild West Blog Archive 2021 (88 The Pulp Magazine Archive. Прочтите здесь новости. Это бесплатно! Архив статей — Информация Назад к обзору. У большинства людей его возраста больше мертвого прошлого, с достижениями 29 июня 2010 г. · За это время некоторые из лучших национальных иллюстраторов и художников в области поп-музыки создали бесчисленные тысячи оригинальных работ, чтобы украсить обложки этих обывательских романов, в большинстве случаев при условии виртуальной анонимности.Эллиптическое повествование с Тарантино, Траволтой и Сэмом Джексоном в их лучших проявлениях (отличные обзоры можно найти на сайте Rotten Tomatoes). Top-Notch Magazine был американским журналом приключенческой фантастики, издаваемым Street and Smith. Джек Гоган Если дайджест журнала «Научная фантастика», опубликованный в оригинале, искусство 1968 года, 189 долларов. К ним относятся All Western Magazine (апрельский список гей-целлюлозы 25 февраля 2015 г. · Проект Pulp Magazines добавил 10 новых выпусков трех классических названий целлюлозных журналов в свой полнотекстовый цифровой архив.Если вы не нашли то, что ищете, свяжитесь с нами. Несмотря на то, что репринт нашего ЖУРНАЛА ПИСАТЕЛЕЙ был отмечен как «самая старая целлюлоза», SHORT STORIES не стал журналом целлюлозы до своего мартовского номера 1910 года, 30 апреля 2020 г. · Тематика журнала охватывала несколько разных жанров, хотя в нем были в основном мужские приключенческие рассказы. . Здесь доступны более 21000 статей, которые могут быть доступны нашим премиум-подписчикам для быстрого и профессионального расследования. Он предлагает широкий диапазон жанров и включает в себя некоторые материалы, не относящиеся к целлюлозе, The Pulp Magazine Archive at Archive.10 апреля 2017 г. · Криминальное чтиво — популярная художественная литература, публикуемая в недорогих журналах, получившая прозвище «целлюлоза» за качество используемой бумаги. Эрнест Хейкокс, The… Я знаю, что журнал «целлюлоза» был более новым средством массовой информации в то время, когда изначально были опубликованы «Удивительные истории»; возможно, отсутствие более длинной истории самого средства массовой информации (в отличие от печатных книг) сделало сам физический предмет концептуально связанным с жанром рассказов внутри — нетрудно представить читателя, увлеченного ощущением участия в нем. то же самое от 1 апреля 2001 г. · Подводя итог содержанию: в главе 1 дается запутанный отчет о происхождении и типах журналов для целлюлозы.6 апреля 2017 г. · Sci Fi Art. Это раздел, который пытается задокументировать все известные художественные журналы с разной степенью детализации. pdf (электронные книги) на DVD !!!!!! 13 февраля 2017 г. · Pulp Adventurecon возвращается в отель Bordentown Ramada Inn 5 ноября 2016 г. Закладка: Связанные статьи пятидесятых годов, 1959–1964, 1989 г. К тому времени, когда в журнале «Неофициальная история журнала Pulp» была опубликована статья Рона Гуларта, В 1972 году журнал «Целлюлоза» — вид искусства и индустрия, доставивший миллионам читателей дешевый восторг на дешевой целлюлозной бумаге и подаривший всем нам таких героев, как «Тень» и «Док Сэвидж», был мертв уже более двух десятилетий назад.Сайт будет включать интерактивные списки, отсортированные для идентификации иллюстраций по исполнителю, автору и, возможно, названию. Несмотря на то, что их содержание и качество написания широко варьировались, почти все журналы имели характерную красочную, часто сенсационную или мрачную обложку. Целлюлозные массы были напечатаны на дешевой бумаге, а журнал The Pulp Magazine Archive (часть Интернет-архива) содержит оцифрованные полные тексты более 12 000 американских журналов по целлюлозе. Классические архивы: планы сараев и беседок, старинные книги, журналы, комиксы на DVD. Фантастические приключения, том 2, 61 Vintage Pulp Magazine, DVD, фантастика Золотого века [CA-C29]. 1939 по 1953 год.03 мая 2017 · Архив. 6 Pulp Art-Robert Lesser 11.08.2005 Термин криминальное чтиво всегда имел определенный резонанс; но именно произведения искусства — смелые, энергичные, драматические, кричащие, красочные и часто гротескные — сделали журналы для целлюлозы незабываемыми для многих людей. 06 мая 2014 · журнал целлюлозы. Пульпы печатались на дешевой бумаге с рваными неотрезанными краями. НОВЫЙ НАБОР СТИКЕРОВ VINTAGE PULPS. Нам лично нравится эта специальная коллекция: The Pulp Magazine Archive. Архивы Архивы Crown Jewels.К ним относятся архивы Эрвина-младшего от 22 мая 2019 г. · за сентябрь 2014 г. КОЛЛЕКЦИЯ из 48 старинных научно-фантастических журналов по целлюлозе (1940-1950-е гг.) — СУПЕР НАУЧНЫЕ ИСТОРИИ — НАУЧНАЯ ФИКЦИЯ БУДУЩЕГО. Несмотря на то, что наш репринт «ЖУРНАЛА ПИСАТЕЛЕЙ» был назван «самой старой целлюлозой», SHORT STORIES не стал журналом целлюлозы до тех пор, пока в мартовском номере 1910 года не были представлены списки серийных архивов для. 25 июля 2021 г. · Опубликовано в журналы «Мужские приключения», «Криминальное чтиво», «Криминальное чтиво 70-х и 80-х годов», «Криминальная пятница», «Криминальное чтиво» на обложке в мягкой обложке.Журналы по целлюлозе (часто называемые «целлюлозной массой»), также известные как «криминальное чтиво», относятся к недорогим художественным журналам, издаваемым с 1896 по 1950-е годы. «Мякоть» — недорогие популярные художественные журналы, напечатанные на дешевой бумаге. Мужские и взрослые Разное. 01 июля 2016 г. · Коллекционное фото журнала Pulp Magazine с EBay. The pulps публиковал ранние произведения многих известных писателей, в том числе в начале 20-го века целлюлозные журналы были квинтэссенцией американского развлечения.Pulps, как их называли, были журналами для массового рынка, характеризовавшимися зачастую мрачными историями, охватывающими весь спектр модных жанров: вестерны, детективы и правду о преступлениях, спорт, романы, приключения, научную фантастику и ужасы. Изрезанный козырёк и пристальный взгляд его затемнённым глазом. Мы постоянно покупаем коллекции целлюлозы, чтобы предоставить вам широкий выбор целлюлозы всех жанров. Потрясающая коллекция распечатанных редких журналов по целлюлозе, отсканированных в цифровой формат PDF. Можно искать весь архив по определенным периодам и темам 29 сентября 2021 · Майкл.11 октября 2021 г. · Номер журнала за февраль 1892 года был типичным выпуском журнала в течение первых трех лет. Проект также предоставляет информацию об истории этого важного, но давно забытого средства массовой информации, наряду с биографиями целлюлозы 01 апреля 2020 г. · Журнал PPI Fastmarkets RISI объединился с публикацией TAPPI Paper360 ° в 2015 г. Книжный магазин «Криминальное чтиво» предлагает свои электронные книги на . Журналы Pulp имеют собственную коллекцию The Pulp Magazine Archive. Закрывать. 00 «Брат», 16 страниц итальянского искусства целлюлозы, 1980-е годы, картон, тушь, ВЗРОСЛЫЙ, полная стоимость 81 доллар.43 Linear Feet — 1150 шт. 6 мая 2014 г. · журнал по целлюлозе. К ним относятся: 62 февраля: Тони Глисон, первоначально опубликованный в журнале «Удивительные истории» в журнале «Целлюлоза», май 1975 года. Архив журнала «Целлюлоза». Ознакомьтесь с обложками, получите информацию и слушайте аудиокниги. 17 апреля 2018 г. · Материал, засоряющий рабочий стол Pt. Шоу (1926-1936) | Всего выпусков: 340. Журналы по целлюлозе, также известные как «криминальное чтиво», относятся к недорогим художественным журналам, издаваемым с 1896 по 1950-е годы. Adventure был американским журналом для целлюлозы, который был впервые опубликован в ноябре 1910 года компанией Ridgway, ответвлением Butterick Publishing.The Pulp Magazines Project — это цифровой архив с открытым доступом, посвященный изучению и сохранению одной из самых влиятельных литературных и художественных форм двадцатого века: полностью художественного журнала по балансовой древесине. Рон Хаббард бродил по Западу, пересекая его родители, военно-морской офицер Гарри Хаббард и его мать, бывшая Ледора Уотербери. 23 окт.2021 г. · Помогите! Пытаюсь найти рассказ в редком журнале «Big-Book Detective Magazine» (июнь 1942 г.). Журнал можно считать предшественником журналов криминальной фантастики, которые были популярны с 1920-х по 1950-е годы, поскольку он избегал более интеллектуальных приемов в пользу художественной литературы «для простого человека».Посетители найдут множество целлюлозных журналов, а также комиксы Золотого века, большие маленькие книги, старинные книги в мягкой обложке, предметы коллекционирования, малоизвестные и классические фильмы на DVD и другие сопутствующие материалы. «Криминальное чтиво», скорее всего, отныне будет удерживать поколения, но резонанс его названия, возможно, уже утерян для истории. Автор: 11 месяцев назад. Купите рубашку. Цифровое издание P&PC, выпущенное осенью 2021 года, уже доступно! Бумага News Pulp. Так как их более 9400, они также организованы в различные подгруппы для тех, кто, например, не очень интересуется журналами XIX века.В главе 3 рассказывается о детективах, криминале и гангстерах. Он связывает воедино различные типы библиографических данных: библиографии авторов, библиографии публикаций, списки наград, списки материалов журналов, списки антологий и коллекций, а также готовящиеся к выпуску книги. Мы начинаем с трио малоизвестных каверов Вона Боде, по крайней мере, один из которых является коллаборацией с Ларри Тоддом, я не уверен, кто эти следующие двое, первым может быть Джош Кирби. Три прекрасных Майка Смарта, дерзкий, анархичный. и восхитительно ретро.Если вы хотите читать больше журналов по целлюлозе бесплатно, мы предлагаем взглянуть на нашу публикацию «Чтение журналов по целлюлозе в Интернете». 1910-е гг. Кроме того, вы можете напрямую читать многие короткие рассказы, избранные Pulp. Иллюстрация: Pulp Magazines Описание Журналы Pulp, популярные недорогие художественные публикации, которые читали и наслаждались миллионами, достигли своего апогея в 1930-х годах, хотя жанр всерьез зародился в 1896 году с Ежемесячный журнал Argosy, который печатался на недорогой целлюлозной бумаге. epub и.Целлюлоза была напечатана на дешевой бумаге, а книга First была выпущена в 1919 году. 4 Тоби Уайтбред (Новая аналоговая иллюстрация) несколько недель назад прислал мне ссылку на архив журнала по целлюлозе, и я пробирался через нее, чтобы найти этих красоток. Проект также предоставляет информацию об истории этого важного, но давно забытого средства массовой информации, а также 26 ноября 2018 г. · Наконец, мы предлагаем взглянуть на сайт Библиотеки и архивов Лиги люминистов: в их разделах, посвященных научно-фантастическим и целлюлозным журналам. также много вопросов, аккуратно перечисленных.Изначально он был журналом для подростков и, даже в массовом порядке, был сосредоточен в основном на спортивных историях, а затем в 1930-х годах переключился на мужской журнал приключений. архив журнала целлюлозы

House Journal | Журнал Period Living Сентябрь 2020

ПОДРОБНЕЕ
Варианты покупки до

Полную статью и многое другое можно найти в этом выпуске Журнал Period Living — Сентябрь 2020 г. Если проблема принадлежит вам, войдите в систему, чтобы прочитать статью полностью.
О журнале Period Living
Вырастите свои собственные фрукты, Как сделать красивые подушки с блочным принтом, Деревенский прибрежный узор и многое другое …

Единый цифровой выпуск Сентябрь 2020 г.

& nbsp

Этот выпуск и другие предыдущие выпуски не включены в новую подписку Period Living Magazine.Подписки включают в себя последний регулярный выпуск и новые выпуски, выпущенные во время вашей подписки.

Годовая цифровая подписка СПЕЦИАЛЬНОЕ ПРЕДЛОЖЕНИЕ: Было 44 доллара.99 Сейчас $ 27.99 счет ежегодно

Ежемесячная цифровая подписка 4 доллара.99 счет ежемесячно

Вот что было в первом выпуске журнала «National Geographic»

В этот день 128 лет назад Национальное географическое общество опубликовало самый первый номер своего журнала, всего через восемь месяцев после того, как общество было создано с целью « увеличивать и распространять географические знания.«

Volume One, Number One of National Geographic , напечатанное в Нью-Хейвене, Коннектикут, с ценой на обложку в 50 центов, было очень уравновешенным изданием. На обложке из коричневой бумаги каштанового цвета отсутствовала характерная желтая рамка (что бы не появляются до 1910 года), и на его 98 страницах не было ни одной фотографии (это произойдет только в 1905 году). Йоркский Колумбийский университет, а затем в Cosmos Club в Вашингтоне, округ Колумбия.C. — между февралем и маем 1888 года.

Первая статья МакГи для журнала была академическим трактатом о том, как классифицировать географические явления, которые он, очевидно, с большим удовольствием перечислил в подробностях.

Как и в случае с любой публикацией для начинающих участников, большая часть контента была написана «внутри компании», так сказать, пятью из 33 членов-основателей National Geographic — и тремя нынешними или будущими президентами Общества — предоставили статьи для первого тома, номер Один. Несмотря на неизменно академический тон, они, тем не менее, передают тот энтузиазм в отношении науки и исследований, который журнал продолжает отмечать 128 лет спустя.

( Ознакомьтесь с текущим выпуском журнала National Geographic .)

Вот основные моменты содержания первого тома, первого выпуска:

Страница 3: «Вступительное слово»

Первое письмо Национального географического общества Президент, Гардинер Дж. Хаббард, в самом первом предложении своего обращения признается, что он «не ученый». «У меня есть только тот общий интерес к предмету географии, который должен испытывать каждый образованный человек», — добавляет он.

Страница 11: «Географические методы в геологических исследованиях», W.M. Дэвис

Считающийся отцом американской географии, член общества Уильям Моррис Дэвис представил влиятельную теорию цикла эрозии («молодые» и «старые» ландшафты), которую он подробно излагает в первом выпуске National Geographic . характерная черта.

Дэвис также находит время, чтобы оплакивать нехватку географических знаний среди населения: «С грустью думать о возможности умственного удовольствия, которая упущена из-за неуспеваемости в этом отношении.«

Page 27:« Классификация географических форм по генезису », автор — WJ McGee

Президент Общества будущего Уильям Джон МакГи (1904–1905) работал геологом Геологической службы США, а также главным этнологом Бюро американской этнологии.

Первая статья МакГи для журнала была академическим трактатом о том, как классифицировать географические явления, которые он, очевидно, с большим удовольствием перечислил в подробностях, включая «вулканы, кратеры, кальдеры, поля лавы, поля туфа, туф». скалы, столовые горы и морены, друмлины, камесы, роши-де-мутонне, каменные бассейны, котлы, озерные равнины, водно-ледниковые террасы, лёссовые холмы и равнины и т. д.

Стр. 37: «Великая буря 11-14 марта 1888 года»

Великая буря 1888 года считается «самой смертоносной, самой снежной и самой необычной зимней бурей в американских анналах», выпавшая более пяти футов снега.

Грили пережил трехлетнюю борьбу в Арктике, включавшую две неудачные попытки пополнения запасов, потерю двух третей своей команды и обвинения в каннибализме.

Однако трехстраничное резюме замечаний, сделанных членом-основателем Общества Адольфом Грили, характеризует его как «не такое жестокое, как другие, которые имели место в восточной части Соединенных Штатов», и далее дает краткое изложение. отчет о распространении шторма по стране.

Бригадный генерал Грили, однако, уже видел намного, намного хуже. Как руководитель экспедиции Леди Франклин-Бэй 1881 года, Грили пережил трехлетнюю борьбу в Арктике, включавшую две неудачные попытки пополнения запасов, потерю двух третей своей команды и обвинения в каннибализме.

Страница 40: «Великая буря у атлантического побережья Соединенных Штатов, 11-14 марта 1888 года», Эверетт Хайден

Другой член-основатель Национального географического общества, Хайден, возглавлял подразделение морской метеорологии в США. .Гидрографическое управление С. Военно-морского флота. Его рассказ о Великой буре представляет собой наиболее живое повествование, содержащееся в номере:

«[A] борт множества судов, от маленькой рыбацкой шхуны и лоцманского катера до большого трансатлантического лайнера, борьба не на жизнь, а на смерть. элементы разворачиваются, причем героизм, тем не менее реальный, потому что он используется в целях самообороны, и тем не менее достойный восхищения, потому что он не всегда может предотвратить катастрофу ».

Страница 59: «Обзор побережья» Герберта Г. Огдена

Один из «наименее известных» членов-основателей National Geographic, Огден работал на U.S. Coast and Geodetic Survey, предшественник сегодняшней Национальной геодезической службы, которая поддерживает систему координат, определяющую территорию Соединенных Штатов.

Когда история будет отмечать награды, присуждаемые нашему народу, не будет более почетной страницы в галактике, чем та, которая посвящена гению американской науки.

ByHerbert OgdenОснователь Национального географического общества

Статья Огдена резюмирует историю береговой и геодезической службы, которую он, очевидно, очень высоко ценил, делая вывод о том, что «когда история зафиксирует свои награды, присуждаемые нашему народу, не будет никакого страница галактики с большим почетом, чем та, которая отдает дань гению американской науки [sic] в работе Coast Survey.»

Страница 78:» Обзор и карта Массачусетса «Генри Ганнетта

Член-основатель и будущий президент Общества (1910-1914) Генри Ганнетт был охарактеризован как» человек отчетов «и» литературный молоток » «чьи» писания лишены … личного вкуса «.

Считающийся отцом топографического картографирования, статья Ганнета о процессе топографического картирования штата Массачусетс, безусловно, является продуктом докладчика. Мы узнаем, что было включено в картографирование (почтовые отделения, общественные каналы), то, что было упущено (заборы, различные виды сельскохозяйственных культур), способ записи карты (с помощью нескольких различных форм плоского стола) и средняя стоимость обследования на квадратную милю (13 долларов США) .

Отслеживание подписок на журнал

Мне нравится читать журналы, связанные с моими увлечениями, в поисках тенденций и вдохновения. Но иногда меня ошеломляют уведомления о продлении. Отслеживание дат истечения срока моих подписок на журнал может сбивать с толку, особенно когда я получаю несколько уведомлений о продлении для одной и той же публикации.

Звучит знакомо? Что ж, вот несколько советов, которые помогут отслеживать подписку на журналы.

  • Ведите текущий список подписок на журнал, включая номера счетов и даты истечения срока действия. Поскольку эта информация включена в большинство почтовых этикеток журналов, просто закрепите этикетку и добавьте ее в свой список. Таким образом, когда вы получите уведомление о продлении, вы сможете проверить дату истечения срока действия и решить, продлевать или подождать.
  • Если списки — не ваше дело, обратитесь непосредственно к издателю журнала — или посетите сайт обслуживания клиентов журнала, чтобы узнать информацию об аккаунте и цены на продление. И помните, никогда не помешает договориться о цене или поискать более выгодную сделку.
  • Помните, что уведомление о продлении НЕ ЯВЛЯЕТСЯ счетом или счетом-фактурой. Некоторые уведомления о продлении могут выглядеть как счета-фактуры или счета, даже если мелким шрифтом написано иное. Но уведомление о продлении — это просто напоминание о том, когда истекает срок вашей подписки.
  • Знайте, с кем имеете дело. Предложения о продлении могут поступать напрямую от издателей журналов или от сторонних компаний (не связанных с издателем), которые покупают списки подписчиков, чтобы требовать продления. Третьи стороны могут взимать гораздо больше за продление, чем издатель.Лучше всего: позвоните издателю по номеру телефона, указанному на его веб-сайте или в журнале, чтобы узнать, отправил ли он запрос и сколько он взимает за продление.
  • Рассмотрим автопродление и оплату. Тогда вам вообще не нужно полагаться на уведомления о продлении. Если вы это сделаете, помните, что оплата кредитной картой обеспечивает лучшую защиту от мошенничества. Также помните, что с автоматическим продлением ваша подписка будет автоматически продлеваться, пока вы не отмените подписку.

Есть несколько собственных советов? Не стесняйтесь делиться ими здесь.

Пекарня с двумя крабами; Maillard Pastries; Мистер Славный Парень Коктейли

НОВОСТИ

Пекарня «Два краба»: Кулинарный дуэт мужа и жены Тереза ​​Луи и Кристофер Аудиа, работающие в местных ресторанах с 2018 года, открыли новую пекарню, которая в 2020 году начиналась как коттеджный бизнес. «Мы всегда хотели иметь собственный ресторанный бизнес », — говорит нам Луи, кондитер. «Мы оба оставили свои позиции и хотели начать что-то свое.Мы знали, что не можем себе позволить открыть ресторан, и я всегда мечтала иметь пекарню. Так что это был естественный путь ».

Сейчас Two Crabs принимает онлайн-заказы на самовывоз и доставку в пределах города по субботам. Вы также можете найти их выпечку в магазинах Pillion Tea в Мидтауне-Бельведере, Bird in Hand в Charles Village и в местной службе доставки еды Scratch Made. Луи и Аудия, которые познакомились в 2011 году в кулинарной школе, летом готовят на скорую руку такие деликатесы, как печенье, торты, даниши, круассаны и фруктовые галеты.«Мы также стараемся покупать больше хлеба, — говорит Луи. «Мы делали рогалики, а Крис работал над тем, чтобы продать еще несколько деревенских цельных хлебов».

В преддверии праздников ждите коробки с ассортиментом печенья с классическими блюдами, такими как итальянское сливочное печенье, русские чайные пирожные и десерты из имбирной патоки. Возможно ли строительство двух крабов в будущем? «Конечно», — говорит Луи. «Мы хотели бы увидеть, к чему это нас приведет».

Скоро в продаже

Maillard Pastries : Говоря о выпечке, эта пекарня на базе B-More Kitchen, которая в настоящее время продает свои еженедельные товары в Sophomore Coffee и Cafe Los Suenos, среди прочего, нашла постоянный дом в бывшем помещении Full Circle Donuts на Честнат-авеню в Хэмпдене, которая закрылась в прошлом месяце.Владелец и выпускница Чарльстона Кейтлин Кил сказала Baltimore Business Journal , что надеется начать работу в этом пространстве к февралю. Когда он откроется, соседи смогут попробовать фирменные булочки, печенье, пирожные, торты и пирожные от шеф-кондитера.

Copper Shark: Locust Point скоро откроется новое место в районе бывшего дома любимого бистро Wine Market Bistro. SouthBmore.com сообщает, что Copper Shark откроется в комплексе Foundry на Форт-авеню где-то в январе, предлагая новую концепцию от Mid-Atlantic Eateries (MAE), группы ресторанов, стоящей за сетью завтраков и обедов Eggspectation.По данным SouthBmore.com , ресторан и бар будут обслуживаться поварами, сезонными и предложат обширную карту бурбона, виски и коктейлей. MAE реконструирует пространство, чтобы создать бар, большую столовую и патио под открытым небом.

Собрал: В октябре мы сообщим вам о планах Криса Амендолы по захвату бывшего пространства Орто на станции Север. Теперь шеф-повар и его команда переехали из Хэмпдена, и они официально открывают двери в новом локации Foraged во вторник, 7 декабря.В новом помещении посетители могут рассчитывать на большую столовую, полноценный бар и некоторые новые дополнения к гиперсезонным блюдам Амендолы. Бронирование доступно сейчас.

ОТКРЫТЬ

Cuples Tea House : После официального дебюта 27 ноября, чайный дом Cuples в центре города, в районе Бромо Артс, открыт по адресу 409 N. Howard St. Принадлежащий Эрику и Линнетт Додсон, магазин предлагает чаи премиум-класса с рассыпными листьями. товары на вынос и дегустации чая.«Мы хотели предложить людям [листовой чай] вместо сладких газированных напитков», — сказала Линнетт WYPR в конце сентября. Dodsons запустили Cuples Tea в 2015 году, появившись на фермерских рынках, предлагая чаепития на дому и управляя розничной онлайн-операцией. (Актриса Джада Пинкетт Смит даже включила подарочный набор Cuples в свой путеводитель по праздничным подаркам на 2019 год для журнала People ). Обычная витрина чайного дома присоединяется к ряду новых предприятий, принадлежащих чернокожим, включая Cajou Creamery и Vegan Juiceology. — на Ховард-Роу, реконструированном Baltimore Development Corporation.

Sammy’s Trattoria II : Это аутентичное итальянское заведение вернулось в два места. После закрытия энотеки в Феллс-Пойнт ресторан Mt. Vernon завершил строительство нового дома в Хант-Вэлли, и он официально открыт. «Мы только начинаем и пытаемся пройти, прежде чем мы начнем спринт», — написала команда Сэмми в сообщении в Instagram, объявляя об открытии. «Пожалуйста, поймите, что мы не готовы к полной загрузке». Пост рекомендует постоянным посетителям следить за запуском нового веб-сайта в ближайшее время и следить за его новой страницей в Instagram, чтобы получить информацию как о Hunt Valley, так и о закусочных в центре города.«Grazie mille для всех друзей и родственников, которых мы создали за эти годы, и мы с нетерпением ждем встречи с вами в обоих местах».

ЭПИКЮРЕЙСКИЕ СОБЫТИЯ

12 / 2-12 / 30: Праздничные фильмы в пивоварне Guinness Open Gate
Окунитесь в атмосферу Рождества с пинтой пива Guinness в руке. Пивоварня, расположенная примерно в 10 минутах от центра города Халеторп, в течение декабря проведет серию праздничных вечеров фильмов по четвергам. Первым, конечно же, будет Home Alone 2 декабря, а 9 декабря — Jingle All the Way .(См. Остальную часть кинопроката здесь.) Ночи кино бесплатны и будут проходить в отапливаемой палатке. А пока вы там, обязательно попробуйте сезонные сорта пива Гиннесса, в том числе пряный имбирный стаут. Пивоварня Guinness Open Gate. 5001 Вашингтонский бульвар.

12/6: Hanukkah BrewHaHa в Union Craft Brewing
Отпразднуйте последнюю ночь Хануки в Union Craft Brewing, где вы можете насладиться латке от Well Crafted Pizza, мороженым со вкусом суфганийот от Charmery и ханукальным свитером конкурс.Конечно, пиво Union будет на разливе, и его можно будет смаковать, слушая живую музыку с 27th Street Kleztet. Билеты стоят 18 долларов заранее и 21 доллар при входе. Требуется подтверждение вакцинации или отрицательный результат теста на COVID в течение 24 часов до мероприятия. Зарегистрируйтесь здесь. Union Craft Brewing. 1700 W. 41st St. STE 420.

ОТКЛЮЧЕНИЕ

Mr. Nice Guy Cocktails : Кантонский коктейль-бар Mr. Nice Guy Cocktails, который быстро стал фаворитом района, когда он открылся на углу Kenwood и Fait в 2020 году, закрылся.Бар объявил в сообщении на Facebook 22 ноября, что «мы подали последний напиток в 800 S. Kenwood». В сообщении не была подробно описана причина закрытия, но прошлые посетители поблагодарили за их поддержку. «Мы искренне хотим поблагодарить всех, кто внес свой вклад в то, чтобы сделать нас такими, какие мы есть в течение последних 20 месяцев. Мы еще не полностью обработали наши следующие шаги, но мы напишем еще одну публикацию, когда это будет уместно ».

Коктейли Mr. Nice Guy дали жителям Балтимора последний шанс насладиться коктейлем с ними, предложив на прошлой неделе специальное меню на День Благодарения.«Мы благодарим всех, кто сделал покупку из нашего прощального меню», — говорится в сообщении.

Leave a Reply

Ваш адрес email не будет опубликован.